Любительский домашний секс реальный

Категории видео

любительский русский порно онлайн / любительский секс в подъезде / любительский русский пьяный секс / любительский инцест секс / любительский секс в туалете

секс до оргазма русские, русское домашнее любительское оргазм, русский любительский реальный секс, домашнее глотают сперму, семейная пара домашнее порно любительское русские. любители кончают на лицо. любительское. любовница.

домашнее русское порно. русское любительское реальное. ебут мою жену русское. русский любительский реальный секс, русские семейные пары, подсматриваем за девочками, реальное русское домашнее, русское любительское реальное.

В разделе домашнее порно на сайте sexxx. сс вы найдете видео примерно такой тематики девушка мастурбирует дома переде веб-камерой, жесткое секс в общаге, как трахаются дома, частное домашнее порно смотреть онлайн, как парень трахнул свою девушку и снял это на телефон, порно снятое не телефон смотреть онлайн, любительское онлайн порно, домашний секс, порно видео и домашней коллекции и многое другое.

Смотреть порно онлайн » домашний секс » Реальный любительский домашний секс, домашний секс большие сиськи брюнетки. Домашний секс с русской подругой.

русские ебутся и разговаривают русские подростки домашнее частная съемка русские свингеры зрелые домашняя ебля русских сауна скрытая камера секс на скрытую камеру любительский русский домашний секс домашнее частное видео реальный секс с мамой.

домашний русский секс, домашняя ебля русских, любительский русский домашний секс, русские подростки домашнее, русское любительское порно.

Домашний инцест онлайн любительское видео секса в семье. Реальное инцест порно. Когда родителей нет дома, а в организме уже созрел коктейль из гормонов, все что требуется – капелька раскрепощенности. И вот тут уже юная девочка раздвигает ножки перед родным братом, а тот охотно тычет хуй ей в ротик. Домашнее видео с участием кровных родственников – это не игра порно-актеров, а реальные события.

Подобное домашнее секс видео, как правило, выкладывается на порносайт самими пользователями, которым хочется показать свой интим всему миру и почувствовать себя в роли порнозвезды. Такая приватная порнуха привлекает тех зрителей, коим надоело смотреть на постановочные сцены, отснятые по сценарию, поскольку наблюдать за реальными любовниками намного интересней. Непрофессиональные съёмки, произведённые любительской видеокамерой, порнографы ценят за то.

Видео чат. Работа в веб секс чате. Смотрите похожее порно видео. Реальный Домашний секс.

Очень популярно русское любительское порно, так как наш народ подходит к этому вопросу с особым энтузиазмом. Мы подобрали для Вас самые различные сюжеты, на любой вкус инцест отец трахает дочь или сын мать, свингеры семейные групповые оргии, студенческие съемки в общяге, домашний секс любовных парочек всех возрастов, нудистские откровения и многое другое.

домашнее русское порно на русском языке русское домашнее любительское русские подростки домашнее русское домашнее порно русские ебутся и разговаривают русские пьяные русские семейные пары русские жены русское домашнее видео семейная пара русское домашнее русское реальное групповой секс русских семейных пар русский любительский анал русское личное русский секс дома русские зрелые русские мамы русские зрелые пары русскиелюбители кончают на лицо. любительское. любовница.

Видео чат. Работа в веб секс чате. ЛЮБИТЕЛЬСКОЕ ВИДЕО домашнего секса.

Смотреть видео реальный секс где деньги сыграли решающую роль интересно. Пока еще любительское секс видео горячей красавицы Abella Anderson.

Смотреть порно онлайн » домашний секс » Реальный любительский секс с телкой от первого лица, домашний секс от первого лица реальное. реальный трах с малышкой от первого лица.

Домашнее любительское порно молодой парочки снятое на обычную видео камеру подкупает своей простотой. Секс с красивой женщиной которая обожает домашнее видео.


Похожее порно видео



Рассказик на закуску

Давай приколемся. Давай как-нибудь приколемся...
прикинемся кем-нибудь отчаянно смелым...
кем-то страшно сексуальным....
чем-то ужасным...

Давай приколемся. Давай как-нибудь приколемся...
и сыграем миру cool.
Тед Джоанс / Ted Joans,

ПРИКОЛЬЩИКИ

1.слушай... да-да, ты! почему ты? а какая, блин, разница? ты, он... какая разница! "нет памяти о прежнем; да и о том, что будет, не останется памяти у тех, которые будут после..." - а? каково сказано? ты разве не слышишь, как шелестят в этой фразе спрессовавшиеся столетия.... нет, это не я сказал, хотя... знаешь, иногда мне кажется, что я очень хорошо понимаю сказавшего это, и - когда мне так кажется, я всегда испытываю чувство щемящего сожаления, что мы разминулись в тысячелетиях, - вот с кем хотелось бы мне обо всём душевно поговорить... а впрочем - всё это фантазии, "и кто умножает познания, умножает скорбь"... парадоксальная мысль, не правда ли?

мы стремимся узнать о мире как можно больше, но чем больше мы узнаём, тем глубже души наши погружаются в печаль, и печаль эта рано или поздно становится неискоренима.... в школе мне говорили: "учись! учись! ученье - свет, неученье - тьма", и вот - я выучился: я прочитал тысячи книг, из которых узнал, что было, что есть и что будет, а счастья... счастья - нет; что значит - "пьяный"? да, в цилиндре... я в цилиндре стою - ну, и что с того? хочу в цилиндре - стою в цилиндре, - имею право! нет, я не пьяный, - с чего ты взял? и не обкуренный... чего я хочу? ничего не хочу... а может... может, хочу, - откуда я знаю? как могу я ответить на этот вопрос, если не знаю я главного - не знаю тебя... э, постой - не уходи! что значит - "некогда"? все дела на этом свете всё равно не переделаешь... постой! я скажу, чего я хочу, - слушай...



да-да, слушай! давай... давай приколемся - давай кем-нибудь прикинемся... что значит - кем? да кем угодно! говорю тебе: кем угодно... что - "например"? а, например... а ты что - примеры любишь? какой ты, однако, примерный... ну, например: давай прикинемся грозовыми майскими дождями, весело шумящими за распахнутым окном по молодой, сочно зеленой листве 1980 года... или - хочешь? - давай прикинемся желтыми осенними листьями, безмолвно застывшими под холодным солнцем уходящего бабьего лета... или - нет! - слушай, давай прикинемся белыми снежинками, медленно вальсирующими в неоновом свете одинокого ночного фонаря... или - ты слышишь меня, слышишь?

- давай прикинемся парой стоптанных, чудом сохранившихся кроссовок, в которых четверть века тому назад играл в футбол вихрастый подросток на пыльном поле за двухэтажным зданием старенькой деревянной школы... или - нет! слушай! - давай прикинемся желтым пунктиром вагонных окон, летящих по косогору сквозь дождевое пространство осеннего вечера... то есть, как это - слишком абстрактно? ничего не абстрактно, - давай! давай кем-нибудь прикинемся - как-нибудь приколемся... что ты говоришь? не хватает воображения? ну, тогда... тогда что-нибудь придумаем попроще - специально для тебя; да, для тебя - что-нибудь попроще... слушай, а давай - давай прикинемся, что мы прошлогодние июньские облака, в никуда из ниоткуда плывущие по бескрайнему синему небу... по какому, ты говоришь, небу? по голубому? ну, хорошо, пусть не по синему - пусть плывут они по небу голубому, - слу-у-шай... а ты, случайно, не голубой? нет? и что - никогда не пробовал? ну-да, с пацанами... ой, не смеши! тезис, что "это плохо", давай оставим для бедных, - я о другом: правда, что ли, не пробовал? никогда-никогда? во блин! даже не знаю, что сказать...

слу-у-шай, а давай приколемся - давай прикинемся, что мы голубые, и - стоя в ожидании автобуса - в предвкушении повторения вчерашнего дня, я буду нежно смотреть на тебя влюблёнными глазами, и ладонь моя как бы непроизвольно и оттого неопровержимо естественно будет скользить сверху вниз по твоей упругой, обтянутой джинсами попке, а ты, приблизив своё лицо к моему, вжимаясь горячей твердостью паха в моё бедро, будешь что-то тихо шептать мне в ответ на мои молчаливые прикосновения, вплетая жаркое своё дыхание в тёплый ветер апрельского вечера, и - упоенные нашей любовью, никого не замечая вокруг, мы будем стоять на фоне пламенеющего заката под одиноко торчащим козырьком продуваемой всеми ветрами автобусной остановки, и стоящие рядом с нами в ожидании автобуса люди будут коситься на нас, словно мы с тобой - сказочные, им неведомые инопланетяне, невесть как занесенные из другой Галактики на эту пыльную городскую окраину, - они будут пялить на нас, прижимающихся друг к другу, глаза, а нам не будет до них никакого дела... - юные и счастливый, мы будем неотрывно смотреть друг на друга, упиваясь весной и любовью, и, когда подойдёт автобус, мы запрыгнем в его урчащее чрево и, по-прежнему никого не замечая вокруг, уедем куда-нибудь, на квартиру или на дачу - туда, где на тысячи световых лет никого не будет вокруг, и там, за пределами скучного "здравого смысла", мы будем всю ночь вдохновенно любить друг друга, с юной неутомимостью снова и снова поочередно подставляя один другому свои молодые ненасытимые попки, и лишь когда за окном забрезжит рассвет, опустошенные и счастливые, с опухшими членами и полуоткрытыми норками, прижимаясь друг к другу, мы уснем под одним одеялом, на двоих разделив одну подушку, - слушай, давай приколемся, что мы голубые!..

э, ты чего? чего ты задёргался? ну-да, это рука... моя рука, - ну, и что здесь такого, что я ладонью провёл по твоей оттопыренной попке? кстати сказать, попочка ничего... нет, я не щупал - я только провёл, - чего ты, право... нет, ты объясни, что здесь такого! да, я провёл.... ладонью провёл по твоей скульптурно красивой заднице, - ну, и что? оттого, что я сделал это, что-то случилось? сотни тысяч парней ежесекундно на всех континентах трогают задницы друг у друга, и - ничего... ничего, говорю, с этим миром не происходит, если кто-то кого-то тронул за задницу, - гром не гремит, и Земля не меняет свою орбиту: "род проходит, и род приходит, а земля пребывает во веки"... что значит - к чему я говорю эти слова? ни к чему... к тому говорю, что нужно тебе кругозор расширять, - вот к чему! ну, хорошо, хорошо! давай будем считать, что всё это было случайностью.... да, именно так: давай будем считать, что я по твоей аппетитной попке ладонью не проводил, а случайно... слышишь? - совершенно случайно твою никому не нужную задницу, упакованную в голубые джинсы, своей безразличной ладонью задел, - да, так бывает... а я говорю, что бывает! неприкасаемый какой... мог бы прикинуться - приколоться, что ничего не заметил...

а ты - сразу задёргался, - какой ты, однако, простой... слу-у-шай! если уж ты такой простой, то давай... давай приколемся - прикинемся, что мы избиратели; да-да, они самые! - потребители бесконечных мыльных сериалов... и, выполняя свой долг - воображая, что мы играем во всём этом мутном порно-шоу какую-то роль, мы наденем свои самые лучшие одежды и, преисполненные ощущения своей значимости, отправимся в публичные... тьфу ты, отправимся в избирательные дома... как, ты говоришь, они называются? избирательные участки? нет-нет, запоминать, как они называются, я не буду, - мы же прикалываемся... ну, одним словом, ты понял, куда мы отправимся, - гордо глядя по сторонам, мы будем неторопливо шествовать в своих самых лучших одеждах, и нам вслед, видя наше неискоренимое простодушие, будут лучезарно улыбаться господа кандидаты - бывшие комсомольские активисты, а ныне владельцы фабрик и пароходов, красиво загоревшие на альпийских курортах, и мы...

мы, не раз обманутые и обворованные, униженные и оскорблённые, на какой-то миг опять забудем, что почти все они, неизменно обещающие нам достойную жизнь, обычные мелкие проходимцы, стечением обстоятельств оказавшиеся в "коридорах власти", - о! мы забудем об этом в сто первый раз, и в этот особо праздничный день - День-Торжества-Управляемой-Демократии - воображая, что от нас - именно от нас! - что-то зависит, мы в такой же сто первый раз бездумно отдадим свои голоса За-Того-За-Кого-Надо, а потом поспешим в буфет, где по случаю Дня-Торжества-Управляемой-Демократии будут продавать специально для нас дешевые пирожки и прочие незамысловатые вкусности и где будет звучать исключительно для нас бравурная музыка, и - кушая пирожки и слушая музыку, мы, любители бесконечных мыльных сериалов, будем по-настоящему счастливы, упиваясь ощущением исполненного долга, и нам...

о! в этот светлый день - День-Торжества-Управляемой-Демократии - нам, преисполненным ощущения исполненного долга, совершенно не нужен будет секс, а будут нужны лишь дешевые пирожки и веселая, вселяющая уверенность в завтрашний день бравурная музыка... да, только музыка и пирожки, пирожки и музыка, - бля! мы будем радоваться, как дети, и, видя, как мы радуемся и как мы счастливы, будут еще лучезарней улыбаться с плакатов, глядя на нас, загоревшие на модных альпийских курортах бывшие комсомольские активисты, профессионально организующие нам время от времени эти светлые праздники сопричастности к жизни... слушай, давай приколемся, что мы избиратели!..

или нет, - давай прикинемся - приколемся, что мы избранные.... да, избранные, - давай приколемся, что нас избрали! нет-нет, ты не понял, - Бог здесь совершенно ни при чём... и вообще - давай о Боге не будем: Его, как известно, никто не видел, а те пастыри, что от имени Его... о, это ещё те товарищи! - птицы певчие, специальные... вот именно! сверху ряса, позолотой сверкающая, а загляни под рясу... ну, естественно, портупея советского образца, - никто никуда не делся, и вообще - с такими вещами так просто не расстаются, и все эти пастыри-коммерсанты, лукаво прикрывающиеся Его именем, имеют к Богу такое же отношение, как монетизация к Сардинии... короче, я не о Боге, - давай приколемся, что мы - избранники электората... что значит - не надо? ты только послушай! респектабельная жизнь респектабельных господ - бывших товарищей, денно и нощно заботящихся по телевизору о благе народном...

всё равно не надо? нет, ты прикинь: куча бабла, недвижимость в европейских столицах, яхты и самолеты... ну-да, бывшие товарищи - стукачи и провокаторы... что значит - пидоры? лижут жопы товарищам вышестоящим? ну, не без этого, - лижут... а как иначе? это же неотъемлемая часть их неустанной работы, - это, можно сказать, их внутренний мир - альфа и омега их элитарной жизни... ну, правильно: сегодня - ты лижешь, а завтра... о! завтра - уже лижут тебе, - красота и диалектика! настоящая вертикаль...

как ты сказал? извращенцы? ну, извини - я не знал, что ты такой брезгливый, - хорошо-хорошо, мы не будем прикидываться будущими европейскими пенсионерами, по спецтрассам на спецмашинах мчащимися к этой будущности в свои спецрезиденции, обнесённые спецзабором, чтобы там, вкушая все мыслимые и немыслимые материальные блага, продолжать неустанно думать об Управляемой Демократии и прочих для себя небесполезных вещах... блин, я даже не думал, что ты такой брезгливый! прямо реликт какой-то: все хотят, а он, видите ли, не хочет... какой разборчивый! да иные... иные - звездуны эстрадные или, скажем, беллетристы-артисты - от одного приближения к такой жизни уже писают кипятком, воображая, что жизнь у них состоялась, а он - не хочет... ладно, замяли! ну, всё, всё.... чего ты разволновался? нет, я не хотел тебя оскорбить, - с чего ты взял? говорю тебе: всё! не хочешь - не надо, и прикидываться нуворишами местного разлива мы не будем, - всё! мимо этого зоопарка проехали...

слушай, а ты мне нравишься... определённо нравишься! ну, чего ты... чего ты опять задёргался? что - "опять рука"? да не лапаю я тебя, не щупаю! какой ты, однако, подозрительный... слу-у-шай, а давай приколемся - прикинемся, что мы эти гомофобы... да-да, настоящие гомофобы! помнишь? - на остановке стояли двое влюблённых друг в друга парней... ну, так вот: давай их возненавидим! и - глядя на этих влюблённых, никого вокруг не замечающих, бесконечно счастливых мальчишек, мы будем презрительно хмыкать и смачно плевать в их сторону, всем своим видом демонстрируя глубочайшее свое презрение к "этим педикам", к "этим жалким извращенцам", и - уверенные в искренности своего неприятия, мы будем захлёбываться, словно блевотиной, молодой горячей злобой, мы будем нетерпеливо переступать с ноги на ногу, за неимением мозгов сжимая в свинцовые кулаки короткие толстые пальцы с обкусанными ногтями, - и вокруг, видя, как мы ненавидим "этих вонючих педиков", как мы презираем их всеми фибрами своих ничем не отягощённых душ, все будут считать нас - нас! именно нас!

- Настоящими Парнями, и мы... мы сами будем тоже считать себя крутыми мачо, не ведая, что в этой неподдающейся рациональному объяснению ненависти-блевотине мы трусливо топим собственное смутное беспокойство и неосознаваемую нами зависть, чем-то отдаленно напоминающую детскую обиду, что эти двое упоённых друг другом мальчишек позволяют себе быть не такими, как мы... слушай, давай приколемся - прикинемся, что мы гомофобы...

что ты говоришь? "рука"? да, это снова моя рука... ну, и что с того, что она снова соприкоснулась с твоей упруго оттопыренной попкой? подумаешь, какое происшествие... ну-да, мы прикидывались гомофобами - мы прикалывались, что презираем-ненавидим голубых, и - что? что, я спрашиваю, с того? ты что - в самом деле веришь, что всё это сраное гомофобство - и респектабельное, и подзаборное - произрастает исключительно из искреннего неприятия однополых отношений? ох, какой ты наивный, если ты в самом деле думаешь так! нет-нет, мы не говорим сейчас о тех, кто гомофобствует на публике сознательно, поскольку в таком гомофобстве, выставляемом на всеобщее обозрение, присутствует голый прагматический расчет, - таким нехитрым, но впечатляющим образом иные подпольные гомофилы заведомо отводят от себя возможные подозрения, действуя, как в таких случаях принято говорить, на опережение; собственно, это даже не гомофобия - это, как у разведчиков, форма прикрытия, и все эти словесные трюки, больше напоминающие вербальную мастурбацию, предназначаются исключительно для слабомыслящих - для поедающих дешевые пирожки... куда интереснее - с медицинской точки зрения - те несчастные, кто от присутствия в мире голубых страдает не за деньги, а искренне, - вот где поле деятельности для психиатров! да-да, вне всякого сомнения: все эти пламенные борцы с природой - пациенты дедушки Фрейда, и не более того...

ведь иной раз попадаются такие страстные нелюбители, что оторопь берёт, - слушаешь такого нормализатора сексуальных отношений и думаешь: это как же надо было подсознательно хотеть, чтоб, не получив желанного, так горячо и безоглядно возненавидеть! ха-ха-ха! они ненавидят... как же! вся эта ненависть к голубым крутится-вертится вокруг этого самого места... да, вокруг этого, где моя рука... блин, да не лапаю я тебя, не лапаю! - стой спокойно... так вот, к чему это, собственно, я всё говорю? а к тому, что для иного гомофоба подержаться за задницу... да, вот так... или - вот так... у тебя, кстати, симпатичная попка, - не понимаю, чего ты смущаешься... нет, никто нас не видит... в конце концов, ты можешь прикинуться, что ты мою руку не чувствуешь - не замечаешь, и... слушай, а давай приколемся - прикинемся, что мы дезертиры - из части сбежавшие молодые солдатики, уставшие подставлять по ночам свои пацанячие задницы, и пусть...

пусть Настоящие Парни, со снисходительным презрением смотрящие на нас днем, после отбоя без нас утешают себя в туалете сами, кулаками терзая свои торчащие, от жаркого напряжения дымящиеся члены, - пусть они, Настоящие Парни, доят себя кулаками, воображая-вспоминая наши тёплые, упруго мягкие попки, в которых они, Настоящие Парни, снисходительно презирающие нас днём, находили утешение по ночам, пусть они доят себя кулаками, приглушенно сопя, всхлипывая полуоткрытыми ртами, а мы, вырвавшись на свободу, будем жадно и страстно любить друг друга на лоне природы или в укромном, укрытом от посторонних глаз гнездышке, и в этой любви, очищенной от дневных предрассудков, не будет для нас никакого унижения, а будет одно нескончаемое блаженство...

и - отдавшись друг другу, мы вдруг неоспоримо поймем, что у этой любви, которую мы, молодые салаги-солдатики, принимали насильно после отбоя в каптерке на грязных, пропитанных спермой матрасах, есть совершенно другая грань, и нам станет искренне жаль наших недавних обидчиков - закомлексованных извращенцев, изображающих из себя Настоящих Парней, неспособных своими деформированными мозгами осознать величайший дар любви, и мы... мы искренне пожалеем их, наделенных мышечной силой, но при этом убогих умом, и мысленно посочувствуем им, подменяющим подлинное чувство любви скоротечными оргазмами, получаемыми в результате торопливых изнасилований, совершаемых после отбоя в каптерке на пропитанных спермой матрасах при попустительстве отцов-командиров... да, давай! давай приколемся - прикинемся, что мы дезертиры...

давай... давай как-нибудь приколемся - кем-нибудь прикинемся! давай прикинемся, что мы патриоты, идущие вместе, - и, втайне от друзей и родных рыская ночами по порносайтам, мы будем скачивать фотки исключительно русских мальчиков, беспечно совокупляющихся в разных позах на фоне типично русских пейзажей - на фоне ковриков и березок, и потом... потом, глядя на эти возбуждающие картинки, застывшие на наших мониторах, мы будем сжимать под столом в горячих ладонях свои напряженно торчащие члены, будем их жарко тискать, затаив дыхание от привычно нарастающего наслаждения, - и члены наши, задеревеневшие в кулаках, будут плеваться в ответ липким горячим семенем, заставляя нас сладко содрогаться от одиноких оргазмов...

и - носовым платком вытирая клейкие пальцы, залитые спермой, мы, еще секунду назад жадно смотревшие на свои мониторы, будем - в который раз! - устало и безнадёжно презирать себя за эту неистребимую тайную страсть, накатывающую на нас по ночам, и голые русские мальчики, весело трахающие друг друга на фоне ковриков и берёзок, еще секунду назад возбуждавшие наше воображение, уже не будут казаться нам такими сладко желанными и бесконечно соблазнительными, - комкая в пальцах мокрые, спермой пропитанные носовые платки, мы равнодушно нажмём на кнопку "закрыть", и голенастые русские мальчики, весело и беззаботно совокупляющиеся в самых разных позах, тут же исчезнут, как наваждение, с наших бессонных мониторов - до следующего "сеанса"...

но! разве ты не знаешь, что мир безнадёжно погряз в лицемерии? и - одиноко кончая в свои кулаки по ночам, при свете дня мы будем уверенно и громогласно клеймить тлетворное влияние Запада с его порнографией духа, проникающей в наши дома, и все, неискушенные в бессмертном учении дедушки Фрейда, будут, слушая нас, простодушно думать, что мы, молодые патриоты, сплоченными рядами идущие вместе, действительно так считаем и так - именно так! - думаем, и никто... никто не будет ведать и знать, что мы, при стечении публики клеймящие тлетворное влияние Запада, таким изощрённым образом мстим окружающему нас миру за свои бесконечные ночные бдения, и никто... никто, слушая нас, не будет даже догадываться, что вся эта высокопарная болтовня есть ни что иное, как банальное словоблудие - вербальная мастурбация, и ничего более, - слушай, давай! давай приколемся - небесплатно прикинемся, что мы - скинхеды... что? не скинхеды? подожди... а кто? молодые патриоты? э, какая, блин, разница, если у тех и других - одни кукловоды... ну, хорошо, хорошо, - не будем спорить! как говорится, было б из-за чего... тем более, что дрочат - прости, мастурбируют - кулаками все одинаково: и скинхеды, и патриоты, и беспартийные беспризорники; вот именно: языками, может, и по-разному, а кулаками - точно одинаково, - давай... давай прикинемся, что мы - истинные патриоты, идущие вместе...

или - нет! давай лучше прикинемся-приколемся... знаешь - кем? скаченными килобайтами, что застыли-замерли на чьих-то бессонных мониторах, - запечатлённые в миг соития - в момент сладострастного совокупления - мы, симпатичные пацаны, трахающие друг друга в юные попки, будем будить в душах смотрящих на нас неистребимое желание делать то же... да-да, то же самое! - и смотрящие, тиская в кулаках напряженные члены, будут воображать себя на нашем месте и, сладострастно содрогаясь от нарастающего удовольствия, будут тихо мечтать о чём-то подобном, - слушай, давай... давай прикинемся фотомоделями, беззаботно и весело позирующими для голубых порносайтов... о, да у тебя уже стоит! и такой твёрдый... блин, как кремень! и размер ничего...

оснащен ты, однако, прилично! господи, да не щупаю я тебя, не лапаю! ну, скользнула моя рука вперёд, скользнула - и что с того? подумаешь, запретная зона... ты еще знак прицепи, что запретная зона... или - шлагбаум на брюки приделай, - вот смеху-то будет! у меня, кстати, тоже стоит... нет, не шлагбаум стоит - не смеши, - хуй у меня стоит... да нормально всё это, нормально! ненормально будет, когда он не встанет... кстати: ты измерял? что значит, "в смысле"? без всякого смысла, - линейкой когда-нибудь измерял, на сколько сантиметров твой агрегат в боевом состоянии тянет... нет? и даже мысли такие в голову не приходили? ну, ты даёшь... у тебя что - не было в детстве нормальных друзей? были? и чем же вы, интересно, занимались - чем, взрослея, интересовались? в шашки играли? н-да... потому тебе и вспомнить нечего, что нечего вспоминать; а мы в детстве измеряли - сравнивали, у кого больше... что значит - "зачем"? во-первых, интересно было...

а во-вторых, игра у нас в детстве была такая: у кого писюн больше - тот, значит, круче, и не просто круче, а тот - "мужчина", и он - в роли мужчины - сверху... ну-да, кто-то сверху, а кто-то снизу, - я же говорю, что игра у нас в детстве была такая - детская игра "в папу-маму": друг друга мы, пацаны, типа трахали... почему "типа"? а потому что друг другу не засовывали, один в другого не проникали - не по-настоящему, то есть, всё это было.... так, баловство! конечно, приятно... еще как приятно! - ёрзая друг по другу, тёрлись друг о друга писюнами... конечно, кончали! еще как кончали... а чего ты, собственно, удивляешься? - многие в детстве так играют, и удивительного в этом ничего нет... где находился в таких играх я? а это - смотря с кем! у одноклассника Толика, к примеру, писюн был чуть больше, чем у меня, и с Толиком, когда мы шли после школы к нему домой, я выступал "в роли женщины": мы приспускали брюки, я ложился на живот, он на меня ложился сверху и, обнимая меня за плечи, судорожно сжимая свою голую попку, с сопением ёрзал, елозил по мне - тёрся своим напряженно торчащим члеником о мои пацанячие булочки...

нет, я же сказал, что всё это было по-детски, и в попу, в очечко то есть, он мне не всовывал - на это ума у нас ещё не хватало... а у Игоря и у Жеки - у обоих - писюнчики были чуть поменьше моего, и об их упругие попки своим писюном тёрся я... ну, и Толик, конечно, тоже... тоже тёрся, - я "ебал" Игоря и Жеку, а Толик "ебал" нас троих; а когда приходил Серёга, то "в роли женщины" запросто мог оказаться уже сам Толик, а не только Игорь, Жека или я, - писюн у Серёги был больше всех... кроме того, у Серёги уже росли вокруг писюна - у основания - длинные черные волосы, и кустик чёрных курчавых волос уже был над писюном - на лобке, и - когда Серёга, с сопением елозя и содрогаясь, кончал, на моём теле всегда оказывалась его клейкая горячая влага... нет, в жопу он мне не всовывал; хотя, нет - вру, - однажды, когда мы - я и Серёга - были вдвоём, Серёга попытался мне вставить по-настоящему, но у нас ничего из этого не получилось: мне было больно, и я от такого новшества категорически отказался.... да, отказался; а мог бы и согласиться - потерпеть немного... что - моя рука? у тебя в трусах? и в самом деле...

ну, не знаю, как она там оказалась! блин, это не рука, а какая-то Мата Хари - везде пролезет... да откуда ж я могу знать, как моя озябшая рука оказалась в твоих жаром пышущих плавках-трусиках? говорю тебе: Мата Хари... и ничего я тебе не дрочу, - не выдумывай! говорю тебе: не выдумывай, - не дрочу я тебе твоего пацана... и не поддрачиваю, - стой спокойно... ну, в трусах моя рука, в трусах, и - что теперь? вытаскивать её, что ли? пусть уже будет там... да ладно тебе! не обкончаешься... а я говорю: не обкончаешься! и вообще... ничего плохого моя рука тебе не сделает - пусть она будет там, где есть... типа - с визитом дружбы... ох, какой ты несговорчивый! ну, хочешь... хочешь - засунь свою руку в трусы мне тоже... ну-да, в трусы, - а что здесь такого? ни засады, ни капкана там нет... говорю тебе: не бойся - засовывай! ну, смелее... вот так! чувствуешь, какой он горячий? губы можно обжечь... что значит - на что я намекаю? ни на что я не намекаю, - стой... а тебе что - послышался намёк? ишь ты! какое у тебя игривое воображение...

слушай! ну давай... давай кем-нибудь прикинемся - как-нибудь приколемся! давай прикинемся, что мы сперматозоиды, выпущенные с миллионами своих собратьев из напряженно торчащего писюна одиноко взрослеющего подростка, торопливо мастурбирующего по вечерам над голубым унитазом... мальчишка, глядя на капли своей перламутровой спермы, заправит обмякший писюн в трусы и, выпустив из сливного бачка воду, выйдет из туалета, с напускной беспечностью закрывая за собой дверь, а мы...

о, нам до него, до этого взрослеющего мальчика, одиноко терзающего по вечерам в туалете-пенале свой возбуждённый член, уже не будет никакого дела: смытые, слизанные со дна унитаза шумящим водопадом, мы уже будем, обгоняя друг друга, весело нестись по канализационным трубам, и по пути нам то и дело будут встречаться другие сперматозоиды, выпущенные из сотен и сотен других писюнов, и мы, видя эту нескончаемым потоком летящую массу протеина, с удивлением вдруг откроем для себя, что, оказывается, в большом городе в одно и то же время тысячи пацанов, стоя над унитазами в разных квартирах на разных этажах, одиноко мечтают о любви, воображая рядом с собой девочек или мальчиков, женщин или мужчин... кто знает, о чём мечтают взрослеющие мальчишки, сладострастно сжимающие в кулаках свои вожделением набухающие члены, - какие грёзы терзают их юное воображение, что за картины разворачиваются перед их мысленными взорами, устремленными в собственные бушующие фантазии? дверь за спиной закрыта, шорты приспущены, полусогнутые в локтях руки ритмично двигаются...

и когда, отстрелявшись, одни покидают туалеты, им на смену - на других этажах в других квартирах - в точно такие же туалеты заходят сотни других "пулеметчиков", чтобы, сжимая в кулаках дымящиеся стволы, точно так же мечтать о заветном, приоткрыв от усердия рот, и эта бессрочная вахта, в разное время суток осуществляемая с разной - то ослабевающей, то усиливающейся - интенсивностью в разных концах большого города самыми разными, совершенно не знакомыми между собой мальчишками, есть не что иное, как бесконечная, никем не контролируемая молодая мечта о Великой Любви, ежесекундно умирающая в канализационных трубах и, как птица Феникс, возрождающаяся вновь, - слушай, давай приколемся, что мы - сладкими оргазмами рождённые юные сперматозоиды, в вечное никуда несущиеся по канализационным трубам...

блин! ты так классно сжимаешь ладонью мой колом стоящий хуй... ну-да, а я - твой, - ну и, скажи мне, что во всём этом плохого? нет, подожди! ты говори про себя - про свои ощущения.... на кой хер мне сомнительного содержания тезисы, предназначенные для не умеющих думать самостоятельно! вот именно: давай эти тезисы, претендующие на истину, оставим для избирателей - потребителей мыльных сериалов, и пусть ими пользуются-руководствуются они! а мы - это мы: это ты и я... слушай, давай... давай как-нибудь проколемся - кем-нибудь прикинемся! давай приколемся - прикинемся, что мы педерасты, прикидывающиеся добропорядочными гетеросексуалами, которые прикидываются, что только из чистого любопытства хотят разочек попробовать, что это значит - быть педерастом, - и, внутренне дрожа от нетерпения, мы будем разыгрывать друг перед другом смущение и неумелость: я стяну с тебя, лежащего на постели, сначала джинсы, потом - трусы, а ты будешь изо всех сил делать вид, что тебе неудобно и стыдно, ты будешь глупо смеяться, пытаясь ладонью прикрыть свой напряженный, залупившийся алой головкой член, а я, в свою очередь, буду отводить твою ладонь в сторону, и когда ты сделаешь вид, что ты мне уступаешь, и член твой окажется передо мной, я стану делать вид, что никак не могу решиться взять твой член в рот, - какое-то время мы будем с тобой валять дурака, демонстрируя друг перед другом свою якобы полную неискушенность... потом, словно решившись, я осторожно прикоснусь губами к сочной, как перезрелая слива, алой головке - и, замирая от невидимого блаженства, я осторожно, как будто я делаю это впервые, вберу горячую, чуть солоноватую головку твоего члена в рот, - я пососу у тебя, а ты - "в ответ" - пососешь у меня, и... дальше! дальше! - мы сами не заметим, как ситуация выйдет из-под контроля, и мы, перестав валять дурака - изображать наивную неискушенность, уже через пару минут будем жадно, сопя и кайфуя, сосать друг у друга напряженные члены, и когда, вдоволь насосавшись, я тебе прошепчу "давай", ты, разгорячённый взаимным сосанием, уже не станешь задавать мне глупые вопросы, уточняя-спрашивая, что я имею в виду, а, широко разведя полусогнутые в коленях ноги, прижимая колени к груди, тут же с готовностью подставишь мне свой жаждущий моего вторжения зад, как это сделал впервые в четырнадцать, подставив очко своему однокласснику, и я, нависая над тобой, тут же направлю нетерпеливой рукой свой залупившийся и не менее жаждущий член в твою туго стиснутую, но совершенно доступную норку-влагалище, как это впервые я сделал тоже в четырнадцать лет, вставив в попец однокласснику своему... и лишь когда, содрогаясь от ни с чем не сравнимой сладости, я кончу в очко тебе, а ты, задыхаясь от точно такой же сладости, кончишь в очко мне, мы оба вдруг снова "вспомним", что мы "не геи", и, вспомнив об этом, мы снова... снова закосим под "натуралов",- бесконечно удовлетворённые и втайне довольные, что это случилось и всё так прекрасно получилось, мы оба изобразим неподдельное смущение, но это будет уже другая история... слушай, давай! давай приколемся - давай прикинемся, что мы - тайные гомосексуалисты, прикидывающиеся гетеросексуалами, прикидывающимися, что они искренне смущены...

слушай, давай... давай приколемся - давай кем-нибудь прикинемся! "кто наблюдает ветер, тому не сеять, и кто смотрит на облака, тому не жать", - давай... подставляй попку! нет-нет, ты не ослышался - я сказал: попку... что? ты не голубой? ну, не голубой - и что с того? я тоже не голубой... а может, голубой... какая, блин, разница! голубой, оранжевый... ерунда всё это! а я говорю: ерунда! всё это только слова - словесная шелуха, шелестящая на ветру, и ничего более... а в попку - кайф! говорю тебе: кайф, - я пробовал... что значит - с кем? мало, что ли, нормальных людей? вот именно... давай! чего ты боишься? чего-чего ты боишься? общественного мнения? о, блин! озадачил... а ты что - самостоятельно думать не умеешь? да-да, самостоятельно... самостоятельно, черт побери! умеешь? так в чём же дело? э, не смеши! - все мы не педерасты, пока не попробуем... да точно, точно тебе говорю: пацану с пацаном - кайф... почему ты мне должен верить? а ты не верь - ты попробуй... никогда с пацанами не трахался? ну, тем более...

я говорю: тем более - надо попробовать! нет, это не новые веяния - это было всегда... да-да, всегда и везде, и ничего в этом нового или новейшего нет: у всех народов во все времена существовали однополые отношения, и только глупые или лукавые люди могут сегодня утверждать, что подобные отношения - удел немногих... прочем, какое нам дело до глупых! давай... ну-да, в попку, - чего ты боишься? что... что ты говоришь? "стыдно"? постой, я не ослышался? - ты сказал "стыдно"? о, боже! опять - двадцать пять, - стыдно ему... что тебе - стыдно? миллионы парней ебутся в жопу, и - ничего, от стыда не умирают, а ему, видите ли, стыдно.... блин, не будь ты таким наивным! стыдно, кому видно, но мы, если хочешь, сделаем так, что никто - слышишь? - никто никогда не увидит нашего наслаждения, и потому стыдиться кому-либо за нас будет просто-напросто некому, - мы не станем расстраивать ни случайных прохожих, ни своих высоконравственных соседей, которым, как известно, всегда есть дело до всего, что касается чужой частной жизни...

да-да, всегда были, есть и будут такие высоконравственные люди, которые считают себя бескорыстными носителями эталонов морали, и - никуда от этого не деться... нет, это не я - это они так считают, по простоте своей души ежесекундно взваливая на свои плечи бремя недремлющей заботы о моральном облике других... о, конечно, конечно! никто не лишает этих высоконравственных и бесконечно правильных людей их конституционного права иметь своё личное мнение по самым животрепещущим вопросам, но - стоят ли они того, чтобы мы, ты и я, об их мнении знали? ничего не могу сказать про тебя, а я, к примеру, не настолько любопытен, чтобы бесплатно интересоваться мнением тех, кто мне совершенно неинтересен... да, именно так: на вкус и цвет товарищей нет - у каждого из нас свои гастрономические пристрастия, и наивны те, кто думает, что можно повсеместно внедрить единое общепитовское меню...

да, я тоже об этом думал - о том, что высоконравственным и глубокопорядочным людям почему-то всегда не хватает толерантности, причем, что интересно и даже забавно: чем глубже порядочность и выше нравственность, тем меньше толерантности, так что у самых-самых глубоконравственных и высокопорядочных она испаряется вовсе... впрочем, бог с ними: "не на всякое слово, которое говорят, обращай внимание, чтобы не услышать тебе раба твоего, когда он злословит тебя", - флаг им в руки - и дачу в Швейцарии... вот именно: "что существует, тому уже наречено имя"... о, какая у тебя попка! если бы я был скульптором... или живописцем... ты спрашиваешь, хочу ли я? ты что - издеваешься надо мной, задавая мне этот в высшей степени риторический вопрос? или, по-твоему, я похож на тупоголового потребителя бесконечных сериалов и дешевых пирожков? хочу ли я.... ты разве не чувствуешь, как нежно, едва касаясь, я глажу-ласкаю твои упругие булочки? или ты не видишь, как это сводит меня с ума? ох, какая у тебя попка... какая мягкая - упруго-мягкая - попка! персик, налитый соком, и я... я не просто хочу, а - еще как хочу! я хочу! - и, как видишь, я этого не скрываю... ну, смелее! не бойся... и не стыдись...

"двоим лучше, нежели одному... Ибо если упадёт один, то другой поднимет товарища своего. Но горе одному, когда упадёт, а другого нет, который поднял бы его. Также, если лежат двое, то тепло им; а одному как согреться?" - слышишь? слышишь, как бьётся моё горячее сердце? никогда не спрашивай, по ком звонит колокол... давай, подставляй свою попку, и мы... мы приколемся с тобой по-настоящему, - МЫ ПРИКОЛЕМСЯ, ЧТО МЫ ЕСТЬ...

у-у-у, какая она у тебя классная! ноги... ноги раздвинь... да, вот так! правильно, ноги, полусогнутые в коленях, мне на плечи, и... тихо, тихо! главное, ты не дёргайся - лежи спокойно.... что я делаю? ничего я не делаю, - я смотрю, как твой стиснутый входик, обрамленный длинными волосами, конвульсивно сжимается в ожидании... вообще-то, я люблю, чтоб очко было безволосым, и волосы мы потом тебе повыщипываем, но это - потом; а сейчас... нет, это совсем не обязательно - выщипывать волосы, - всё это, как говорится, на любителя, и если ты не захочешь... ты чего вздрогнул? щекотно? это оттого, что я коснулся головкой члена твоих торчащих волос... да, едва коснулся, едва-едва - как дуновение ветра... вот, а теперь...

теперь - ты чувствуешь? - обнаженная моя головка упёрлась в твоё туго стиснутое, на воронку похожее нежно-коричневое очко... не напрягайся! говорю тебе, не напрягайся... ну, и что с того, что ты девственник? все мы когда-то бываем девственниками... что ты говоришь? на стиснутый входик что-то давит? это не "что-то", а залупившаяся, бордовым жаром пышущая головка моего до боли напряженного члена, - это член мой замер в преддверии, и вместе с ним в предвкушении замер я... говоришь, что ты девственник - что ни с кем и никогда? ну-да, анальный девственник, - так говорят, если парень очко своё никому еще не подставлял... может, поэтому я и медлю, что ты - целочка? нет-нет, ты не напрягайся... и - не бойся... говорю: не бойся! не ты первый - и не ты последний... да, именно так: "что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем", - нет ничего нового под солнцем, и мы... мы, может, не лучше других, но и не хуже, хотя - что нам другие! какое нам дело до других? твои ноги разведены, и половинки твоей задницы-попы гостеприимно распахнуты, - мальчик мой замер у врат прекрасного, как сама юность, храма... поехали? то есть, как это - куда? в страну вечного наслаждения, благо в эту страну не нужны никакие визы...

о, какая тугая, какая горячая норка! тихо, тихо... не дёргайся! - я уже там... спокойно, мой мальчик, спокойно, - ещё н

Интересное