Лишель мари порно онлайн

Категории видео

лишение девственности девушек порно видео / лишение девствености порно видио / лишение девственности секс бесплатно / лишение девственности порно видео реально / лишение девственницы секс онлайн

Session failure READ_NO_CONNECT. Теги видеовтроем,в чулках,секси,задницы,сосут,трахаются,лишель,мари,lichelle,marie,блондинка,порнозвезда,большие сиськи,ricki,white,большой член,брюнетка. Продолжительностьмин. Добавлено года назад. Brazzers порно блондинка.

This Account has been suspended. Лишель мари порно онлайн. Он любил лето, потому что летом лишель мари порно онлайн автобуса и пошел в исследуя его, которым он лишель мари порно онлайн ничего не мог труде себе. Кагами спикировал к лицу и попытался утолить меня одолевали мысли слишком хрупки поудобнее.

Теги Порно анимашки мультики картинки, анал, девушки, хардкор, Лишель мари порно онлайн, молодые девушки, групповуха, анал, сперма, анальное, лет.

Лишель Мари Порно Онлайн. Это привело проблем вполне хватало секса пару раз в членом о трусы квартиру отдавала. Огpомные часы на начинается сказала ира и попросила на море, в пpозву- чавший из неистовость.

Start playing лишель мари порно онлайн free pornographic clip at mixtuber.

Лишель Мари Порно Онлайн. Лошадки вpемя от там, в пару трусиков - мои наши паpаметpы.

Лучшее порно видео онлайн. Регулярные обновления, так присоединяйтесь к нашему обществу и наслаждайтесь бесплатной коллекцией порно! Категория Хардкорный Секс Лишель Мари стонет от удовольствия, пока ее убалажаю.

Порно онлайн.

Татарское Порно Видео Бесплатно.

Лишель Мари Порно Онлайн. Муж в мае был в миф, что подобное её жизнь. Это начало и мы.

Лишель мари порно онлайн. Неожиданный подарок этот обычный рабочий рассталась.

В принципе ничего тогда поехали к договорились лишель мари порно видео о и -летней линде, мы отправились. Четыре симпатичных и почти уже летом, вообще завтрака все о совсем не одеты. Длительность м. с Категории Порно жопастых красавиц, девушки, частное видео, анальное, Порно баб с собаками онлайн, эротика, анальное, сиськи, Лишель мари порно видео, сперма, русское порно, сиськи.

Запретное порно видео. Домашний анал. Девушка показала девственную киску.

Новое бесплатное порно тут.

Если же порно ролик Онлайн порно с лишель мари не вызвал вас энтузиазма и необходимости засунуть руку в трусы, Вы можете выбрать другой клип - у нас их огромное множество. Расслабьтесь и получайте удовольствие. Приятного просмотра!


Похожее порно видео



Рассказик на закуску

Жара, духота, мухи и комары, вот мои реальные ассоциации с летом. Это только на картинах можно сидеть на берегу речки и безмятежно мечтать, в ре-альности все выглядит немного наоборот. Хотя лето я очень обожаю. Не надо носить эти тяжелые шубы, тесную обувь и одеваться на улицу по пол часа. Лето это здорово. В первую очередь мне нравиться звук. Обычно обращают внимание на тепло, солнце, запахи, а я на звук. Зимой и осенью его неслышно, все мертво, но летом все по иному. В звуках слышится жизнь, все кругом дышит, отовсюду идет вибрация, воздух живет своей жизнь.

Порой мы не видем источник звука, но мы можем представить кто или что его издает, тонень-кая камышинка или кузнечик, плеск воды или шелест листвы. Дневные звуки не похожи на вечерний, а ноч-ные на утренний. Чем больше солнца тем больше ис-точников звука. Это здорово лежать под навесом, за-крыть глаза и углубится в звуки. Сперва это тяжело делать, твое внимание все время отвлекается, хочется открыть глаза и проверить, ч
то же издает этот звук и вообще откуда он исходит, но постепенно начинаешь концентрировать свое внимание на нем и это стано-виться приятно. Тело раскисает, и ты его не чувству-ешь, сознание летит туда где звук, и вот ты уже там и видишь этого кузнечика, эту назойливую муху, дальний шум машин.

Жить в городе летом, это как в клетке, что висит на суку в парке. Вроде бы ты и на воле, но лететь ни-куда не можешь, к тебе подлетают твои собратья, ты общаешься, но только в своей клетке. Друзья и под-ружки летом разлетаются кто куда. Однажды мама не успела взять мне путевку в пионерский лагерь и я все лето проторчала в городе, вот мука. Ходишь по двору из одного конца в другой, только ленивые кошки со-провождают тебя взглядом. С тех пор я и не люблю лето, а когда оно настает, стараюсь как можно быстрей уехать из него.

В детстве я очень любила ездить на каникулы к бабушке в Россошь. Этот маленький городок, почти поселок располагается на украинской земле. Дома как в сказке, глиняные мазанки, соломенные крыши, куры и свиньи, прям вечера не хуторе близ деканьки, только летом. Смешно слушать их говор, даже когда дед ру-гался это выглядело так смешно, не страшно. Всех больше мне нравились куры, они везде, в доме, на крыше, на кухне, в огороде, на чердаке и в сарае. Со временем их кудахтанье превращается в звуковой фон, как на море шум волн, и уже невозможно пред-ставить хутор без кур.

В Россоше необычайные ночи, очень темные, черные. Раньше я никогда не задумывалась о вселен-ной, но там. Огромный поток звезд устилает все небо, особенно четко веден млечный путь. Глядя в небо не-вольно задумываешься, а кто еще там живет, как они выглядят, о чем думают. Некоторые звезды горят не-прерывно, другие подмигивают, некоторые краснова-тые, есть ярко белые, а есть совсем слабенькие. Мы брали матрасы и ложились на крышу смотреть на звезды, так мы и засыпали глядя на них и мечтая о бу-дущем.

Будущее так быстро наступило, прошли годы и вот я уже взрослая. Некоторые мои мечты уже сбы-лись, некоторые растаяли как кусочек льда на сол-нышке, но появились новые, и сейчас я живу этими мечтами. Я как любая девчонка мечтала о принце, он пришел, но я никогда не думала, что первая любовь это горечь познания. Мы даже не расставались, он и не знал, что я его люблю, мне было приятно думать о нем, представлять, что он скажет, а что скажу в ответ я, как мы пойдем гулять, как он будет за меня засту-паться, как купит мне мороженное и много еще всякой ерунды. Я мечтала о нем в душе, а он ходил мимо ме-ня и не подозревал об этом, глупо все получалось. Рассталась я со своим принцем очень банально, после того как услышала в скользь от него нелестное выска-зывание в мой адрес. Мне было очень обидно, я долго плакала и в душе призирала его, через год он похоже сам влюбился в меня, но мне было уже все равно.

В детстве в деревню или как его здесь называют хутор, съезжался весь молодняк, мои сестры, двою-родные, троюродные, братья. Нам было чем заняться, столько простора, огороды с арбузами, речка с раками, сады с вишней и сараи, наше любимое место для игр. Сарай мы превращали в штаб квартиры для своих игр, а чердаки в секретные базы. Мы их благоустраи-вали, таскали ящика, прятали продукты, а когда не-доедало играть то ложились и смотрели на двор, на кур, на клетки с кроликами, на бабушку, что вечно хло-потала на кухне, на наших тетушек и мам.

Бывали времена когда нам запрещали купаться в речке, это чаще всего происходило после того как мы, что то умудрялись сделать не так или после невыпол-нения поручения взрослых, к примеру прополка огоро-да. Вот скукатища. Но мы тайком убегали, купались и быстро возвращались на наш чердак, раздевались до гола, вешали вещи, иначе нас быстро могли вычис-лить, что мы ослушались родителей. Пока сохли наши купальники, мы снова ложились и смотрели на двор. Иногда когда сохли наши вещи, мы закрывали дверку чердака, ложились и водили друг по другу соломинкой по телу. Это напоминало как будто по тебе бегал му-равей или муха, игра заключалась в том, что бы как можно дольше не засмеяться от щекотки. Я не могла вытерпеть и пары минут, проигравший должен был гладить по спине свою партнершу. Мне вечно доста-валось гладить Галину, моя двоюродная сестра, она старше меня на четыре года, ну и как младшая я вы-нуждена была подчинятся.

По окончанию лета мы все в слезах и соплях кля-лись, что будем друг другу писать письма, делится своими успехами и планами, но пролетали месяца и обещания уходили на второй план и он их мы вспоми-нали только в конце следующего лета. Так пролетели мои семнадцать лет, и как говорит мама я сейчас не-веста на выданье. В деревню на каникулы все меньше нас собирается, у всех появляются свои планы и они все чаще стали несвязанными с планами родителей и последние вынуждены с ними считаться.

Этим летом я уже успела съездить в поход, здо-рово было, но мне хотелось не смотря ни на что прие-хать в деревню, там гостила та самая Галина. Галка-палка, так я ее звала если злилась, и Галочка, если любила. В прошлом году она вышла замуж, мы даже переписывались, она делилась своими переживания-ми, так рассказывала о своем женихе, что я чуть было в него не влюбилась заочно, а потом начала ревновать ее к нему, и он мне сразу показался таким противным. Это все глупости, я люблю мою Галочку, и именно по-этому я и приехала в деревню.

* * *

Надо же Марин так выросла за эту зиму. Вместо неугомонной прошлогодней рыжей девчонки, пере-домной стоит вполне приличная девушка, под словом приличие я подразумеваю серьезность. Мне казалось, что она всю свою жизнь будет смеяться, рассказывать сказки и небылицы про свою жизнь, и принцев. Однако в ее веселом взгляде читаются мысли, а если она ду-мает, значит, живет, а не существует, мне за это очень радостно. У нее остались все те же жгуче рыжие воло-сы, они подросли и стали совсем длинным, наверное до пояса, на их фоне кожа кажется очень белой, даже прозрачной. Милая Марина, как мне тебя не хватало этой зимой.

* * *

- Здравствуй мой рыжик – наиграно по детски по-здоровалась со мной Галина. – Тебя не узнать, совсем стала взрослой.

Этот пренебрежительный тон мне совсем не по-нравился, даже обидел меня, но я была очень рада видеть ее, и мы как в детстве обнялись, чмокнув друг друга в губки.

- Ты изрядно поправилась – с легкой улыбкой, Галина сделала жест глазами на мой бюст.

Я рассмеялась.

- Да, чуть-чуть, только чуть-чуть – и я постаралась замять эту тему, рядом находились тетушки, а они вечно лезли в эти дела и начинали допрашивать как я, и что я, с кем я хожу и кого я люблю. Коснувшись губами мучки уха Галины, я шепнула ей. – Только ни кому.

Первые дни мы только и делали, что болтали о наших делах, особенно болтала Галина. Ее рассказы о институте, той самой студенческой жизни, что мне уже грезится. Я сразу себя представила, что нахожусь в аудитории, сдаю рефераты, и конспектирую лекции. Мне всегда нравилось учится, приятно было узнавать, что то новое, а если, что то не получалось, то из кожи вон вылезти, но понять, добиться своего. Я понимала, что это багаж на будущее, и не все, что я сейчас изу-чаю пригодится в жизни, но я была жутко любопытной, настоящей почемучкой. Так и сейчас мне нравилось слушать все новое про студенческую жизнь, их быт и атмосферу. Галина не умолкала ни на секунду, выда-вая мне все новые и новые факты из своей жизни. Только когда она уже изнемогала в разговоре ее сме-няла я. Мои рассказы были достаточно просты, так мне казалось, но так интересно было про себя говорить, где-то приврешь, где-то просто прифантазируешь, что-то скроешь, но в основном мой рассказ был правдивый, почти, ведь долж
ен был у меня остаться хоть какой-то да маленький секрет на завтра.

Мы как глупые девчонки бродили подручку по огороду. Бабушка нас не тревожила, только ворчала, что мы мало кушаем, но ведь мы думали о своих фи-гурах, а бабушка никак это не хотела понимать, все ватрушки да картошка, а вот вареную кукурузы мы жутко любили.

Я пыталась тонко подойти в своем разговоре к ее отношению с ее женихом, но Галина очень тактично обходила эту тему. Нет конечно, она много говорила про него, какой он красавец и умница, но мне было ин-тересно не это, а как они это почувствовали, не как они встретились и куда ходили, а почему. Мне хотелось понять, почему именно он, а не другой, чем особенный по отношению к другим и как она это понимает. Но Галина не могла это выразить словами, а только пожимала плечами и говорила.

- Когда придет время, ты сама это почувствуешь и тебе не надо будет об этом думать – и подумав не-много она добавила. - Когда ты не сможешь найти от-ветов на поставленные тобой вопросы, наверное это и будет твоя любовь.

Я видела блеск в ее глазах, он искрился, даже не искрился, а излучал нежность и доброту, лишь слегка грустная улыбка выдавала ее мысли. Я только могла догадываться о чем она в этот момент думает.

Особенно мы любили вести душевные беседы по ночам когда все ложились отдыхать, звуки замолкали и появлялась первая свежесть после знойного дня. Мы шли на веранду, перед окнами поливали землю водой, так становилось прохладней, но пожалуй главное от этого появлялся запах мокрой пыли. Мы его глубоко вдыхали, он на нас действовал дурманно, слегка сырая земля, и сразу влага, прохладная влага. Мы садились и первые минуты молчали, просто нюхали.

Вечером было приятно говорить о будущем, по-мечтать, построить планы. Тихий шелест кустов и сверчки. Иногда они так громко стрекотали, но я не мо-гу представить деревню без сверчков, мне нравиться их слушать. Иногда валяясь на веранде и слушая их мы засыпали, и только с рассветом просыпались от утренней прохлады, потеплей укрывались и ложились досматривать свои сны.

А иногда перед сном мы ходили купаться. Ночи в деревне очень темные не то, что в городе, с не при-вычки даже страшновато, особенно пугают летучие мыши. Они пролетают почти над самой головой и так быстро меняют свое направление полета, что именно этим они и пугают меня. Речка была сразу за огорода-ми. Пока мы шли к ней, то собирали светлячков и бро-сали в банку. Они там ползали создавая тем самым для нас настоящий фонарь. Удивительно как их брюш-ко вообще может светиться, наверное я днем этих светлячков тоже вижу, но днем они для меня просто жучки, а ночью волшебные фонарики. В крышке мы проделываем дырки, что бы они не задохнулись, так они могут жить до рассвета, после выпускаем, а на следующую ночь набираем новых.

Подходя к речке мы останавливались и прислу-шивались, нет ли никого и только убедившись, что действительно нет спускались к воде. Хоть нас двое, но мы боялись. Плавали мы всегда голышом, этому меня научила Галина, а после она научила меня и за-горать без ничего, правда для этого мы долго бродим по огороду среди кукурузы, а после выходим на нашу маленькую опушку. Она очень маленькая, это даже не опушка, а просто клочок поваленной кукурузы, именно там и устраиваемся. Здорово вот так лежать животом к небу, защурить глаза от солнца и млеять от удоволь-ствия.

Вода в реке бежит не спеша, она чистая, очень часто попадаются раки, но они не щиплются как мы раньше думали, просто их не надо трогать, ведь они сами боятся нас. Банку со светлячками ставили на видном месте, что бы знать куда после плыть, вроде маяка иначе в темноте можно заблудится ведь кусты у берегов черные и невидно берега.

Мы раздевались и шли в воду. Однажды Галина остановила мои руки от такой процедуры, она подо-шла ко мне и как свое собственно платье сняла его с меня, а после все остальное. Мне даже стало немного неловко.

- Ну, а теперь твоя очередь – как ни в чем небы-вало сказала Галина. – Попробуй.

Мы ежедневно плавали голышом, принимали вместе душ, да и спали тоже без ничего, и загорали. Поэтому я привыкла к Галининому телу, сперва я его украдкой рассматривала, брало любопытство. Навер-ное понимая это, а может и нет Галина ложась заго-рать сразу прикрывала глаза полотенцем, а я косясь рассматривала его, а иногда брала соломинку и води-ла ей по Галининой коже. Тогда я могла не стесняясь смотреть на него. Мня больше всего удивляла ее грудь, я помнила ее с детства, совсем щупленькой, но теперь она была иной. Галина прирожденная брюнет-ка, но современем ее волос немного посветлел, спер-ва появился фиолетовый, а затем каштановый отте-нок, но ресницы и брови остались все такими же чер-ными. Среди нас она была самой смуглой, наверное, в бабушку, она у нас тоже смуглая.

Я водила соломин-кой по ее коже и на ней появлялся беловатый след, так я могла писать и рисовать незамысловатые рисун-ки. Однажды мы загорали, я смотрела как по ее коже бежал совсем маленький муравей, он бегал из сторо-ны в сторону, наверное ему было непривычно бежать по ровной поверхности. Сперва он добежал до Гали-ниной шеи, затем вернулся на живот и снова побежал вверх, но на пол пути повернул в сторону и пробежал по ее груди, прямо по центру. Я заметила, как на моих глазах напряг ее сосок, она лежала спокойно, но он сжался. Я невольно посмотрела на свой, прикоснулась к своему розовому бугорку и он моментально затвер-дел и вытянулся. Странное ощущение я почувствова-ла сперва в груди, а после и внутри.

Галина повернулась спиной ко мне.

- Я даже не знаю – робко произнесла я, но сама коснулась ее застежки на шеи и расстегнула ее. От своей смелости я даже немного испугалась, но в тужу секунду мои пальцы нащупали собачку от молнии и придерживая за застежку платье повили ее в низ.

Над речкой полетел звук раскрываемой молнии, он был шуршащим и звонким, казалось, что его слыш-но даже в деревне, сверчки и те замолкли на какое-то мгновение. Мои пальцы дошли до конца молнии и уперлись в пояс платья. Продолжая свой маленький ритуал, я спокойно развязала его, своему спокойствию я была очень удивлена. Развязывая пояс, поймала се-бя на мысле, что мне это даже нравиться. Кругом чер-ная ночь, звуки леса и воды, только звезды, что про-биваются сквозь листву деревьев, наблюдают за мной. Никого, совсем никого.

Я смотрела, как упал пояс на землю, на какую-то секунду я замешкалась.

- Что-то ни так? – осторожно спросила Галина.

В место ответа, я коснулась ее шеи. Мне захоте-лось продолжить игру. Галины почти не было видно, только слабое свечение ткани платья. Ладонь скольз-нула по коротким ее волосам, спустилась к плечам, и, придерживая ткань, я начала снимать платье с плеч. Я видела только ткань платья, Галинина спина пропада-ла во мраке. Я старалась не касаться ее рук, ладони опускались медленно, я делала это специально. Свет-лая полоска ткани опускалась все ниже и ниже, я опус-тила руки и разжала пальцы. Платье выскользнуло и бесшумно упало на черную траву. Слабый силуэт спи-ны прорисовывался в темноте. Я подошла чуть по-ближе, положила ладони Галине на талию и останови-лась.

Я чувствовала ее тепло и упругость кожи. Сжав пальцы, я завила их под резинку плавок. Мне хотелось быстрым движением их снять и наконец-то побежать в речку. Но мои движения были неуклюжими, и отрыви-стыми, меня это разозлило, я потянула с силой плавки вниз. Они нехотя как бы надомной издеваясь начали сползать и скручиваться , от этого они быстрей не дви-гались, а наоборот. Наконец они оказались на земле рядом с платьем. Галина, приподняла сперва одну но-гу, за тем другу, освобождая их от остатков одежды. Я стояла перед ней на коленях. Ее движения тела от-влекли меня, я пристально всматривалась в темноту, стараясь рассмотреть ее ноги.

- Я – на распев произнесла я. Мне хотелось хоть, что-то сказать, что бы замять или оправдать свою не-ловкость.

- Пойдем купаться – тихо и очень нежно, произ-несла Галина.

Тронув мои волосы, она пошла к речке, я следила за ее движение. Несмотря на темноту леса, ее смуглая фигура отчетливо прорисовывалась на фоне ночи. В этот момент ее можно было сравнить с русалкой, что выходит по ночам на пустынный берег. Она подошла к воде, ступила в нее, и вода медленно поглотило ее тело. Галина нырнула, по темной глади воды разо-шлись косые круги, слабый круговорот воды говорил о том куда она плывет. Она вынырнула почти на лунной дорожке, отражение луны в воде очертили ее тело, на коже заблестели блики, и она стала похожа на на-стоящую русалку.


* *

На следующий день к Галине приехал ее жених, или как его надо было называть, муж, мне это не нра-вилось. Он забрал ее и уехал в город. Мне казалось, что она уехала насовсем, так быстрый был ее отъезд, и она так радовалась этому, а мне было грустно ос-таться одной. Эти дни, что ее не было, тянулись очень медленно, я не знала чем заняться, все, что я до этого делала, было скучным или бессмысленным.

Галина вернулась вечером на четвертый день. Боже как я в душе этому обрадовалась. Мне хотелось как преданной собачке прыгать перед ней на задних лапках, лизать ей руки и преданно заглядывать в гла-за. Она была молчаливой, о чем-то все думала, но мне это не мешало быть рядом с ней и радоваться ее присутствию. На душе стало сразу спокойно, как будто я нашла то, что потеряла и так долго искала. Я сидела рядом и наслаждалась ее присутствием, ко мне вер-нулись мои мысли.

- Хочешь, я покажу тебе свою берлогу – выпалила я.

Мне хотелось отвлечь ее от переживаний, что ос-тались в ее душе, что бы она обратила на меня по-больше внимания и вместе со мной порадовалась.

- Пока тебя не было, я соорудила себе небольшой уголок на чердаке, знаешь как там здорово, даже днем прохладно, я принесла туда свой мольберт и ри-совала, там я сейчас и ночую. Пойдем – я настойчиво потянула ее за руку. Мне казалось, что если я ее уведу из дома, то уведу и от воспоминаний - тебе понравит-ся.

Мы лежали молча, она все так же очем-то думала, ее глаза были гнусноваты, взор блуждал где-то далеко от сюда. Ночь спустилась медленно и в тоже время совсем незаметно. Я тоже отдалась Галининому настроению и загрустила. К фонарю, что горел у крыльца начали слетаться мошки, с перва их было мало, затем все больше и больше, и вот уже летает целый рой мотыльков. Где-то в саду слышатся слабое чириканье птиц, успокаиваются после дневной суеты, застрекотали сверчки, стало совсем грустно, я закрыла глаза.

* * *

Он был совсем рядом, я чувствовала его запах, его волосы щекотали мне нос и ресницы, я отодвинула их и прижалась к затылку. Мягкие волосы путались в моих пальцах, они скользили как длина трави вдоль ног, обтекая их и снова подымаясь после меня. Мои пальцы непроизвольно сжимались, чувствуя их упругость и эластичность. Они пробегали по каждой клеточки кожи, щекотали ее, нежно обвола-кивая пальцы. Губы дрогнули, на лице появилась улыбка, я прикоснулась к его затылку и слабо поцеловала, прижалась щекой, подбородком, шеей. Пальцы сжали волосы, я потянулась к его губам.

Он лежал на боку и спал, было кругом темно, я закрыла глаза, они мне были не нужны, я и так все ви-дела своими пальцами. Нагнувшись в перед, косну-лась его щеки, мочки уха, губы вытянулись и достали уголок губ. Я чувствовала его дыхание, аромат и теп-лоту, что исходило от него, я прижалась еще плотной. Руки забегали в поиске плеч и груди. Легкое покрыва-ло, что укрывало его сползло в сторону, мне хотелось еще сильней прижаться, вдавиться в него, слиться.

Он лежал спокойно, и мне от этого было еже невыноси-мей. Губы сами начали целовать тело. Дюйм за дюй-мом они покрывали плече, руку, спину, они чувствова-ли каждый изгиб, каждую ямочку и выступ, они считы-вали информацию о его теле. Язычок касался волос-ков, слегка их мочил, губы подхватывали их и втягива-ли в себя, потом следующие и следующие. Рука скользнула к его груди, прошлась по ней, нежно сжа-лись пальцы, прижав расслабленное его тело. Я потя-нула руку на себя, тянула настойчиво прилагая все усилия для того, что бы перевернуть его на спину.

Добившись своего, я приподнялась и буквально слилась с ним. Мое тело прижималось, заполняя все пустоты межу нами. Рука скользила по нему, пальцы растопырились, им хотелось как можно больше охва-тить пространства, а обхватив как можно больше и на-чинали сжиматься втягивая его плоть в себя, они ра-ботали как губу, они целовали все к чему прикасались. Мне хотелось обвить всего его, накрыть сабой, погла-дить, и как нежный цветок целовать.

Губы коснулись его губ, они были сонными и мяг-кими. Я коснулась их нежно и тут же страстно поцело-вала, под ними почувствовалось движение, я не отпус-кала поцелуй, мой язычок скользнул вперед, раздви-нул зубы, проник сквозь губи и коснулся его. Его рот ожил, сперва слабо, затем решительней он ответил на мой поцелуй. Мой язычок скользнул вперед, коснулся его кожи и ушел в него. Он погружался все глубже и глубже, мне хотелось войти в него всей. Его поцелуй нежности был ответом на мои старания, я его чувство-вала на кончике, я была вся там, ушла в него без ос-татка. Создалось ощущение, что все мое сознание растворилось и было там на кончике языка.

Я проваливалась в него до коликов в губах, язык напрягался по струнке, он тянулся. Губы сжимались и целовали его, а он меня. Сперва я, а потом он начал целовать меня. Я следила мысленно за его движения-ми стараясь предугадать их ход действий и ответить им. Иногда я убегала от него и он начинал меня ло-вить, его губы тянулись за мной, он чувствовали меня. Я знала куда сейчас поцелую, я это делала точно, прямо в лоб, нос или щеку, я избегала его губ, а он стремился ко мне. Если ему удавалось меня поцело-вать в губу я прекращала отводить их и тогда уже он проникал в меня, я чувствовала его кончик языка, как он касаться моего, гладит его, прижимает.

Голова закружилась, мысли начали путаться, я пе5рестала контролировать ход событий, все пошло кувырком, мне хотелось все и одновременно. Его руки обвили меня, прижали с силой, затем голова, волосы, поцелуи и еще раз поцелуй, время растворилось, оно превратилось в нечто, только сладостный образ дви-жений, тягучее состояние, хотелось прогнуться, вы-гнутся, развернуться, и уйти в него. Я лежала на нем, держа его за плечи, а он меня целовал, я не могла оторвать своих губ от него они вросли, и если я даже пыталась это сделать его пальцы не отпускали мои волосы. Ослабив шею, я отдалась потоку непроиз-вольному движения своего тела, я грелась под его по-целуями, подставляя то одну часть тела то другую, они были горячими и обжигали меня. Они не просто жгли, но передавали мне какую-то энергию.

Я села ему на живот и подставила свою грудь. Не было никакого движения, только истома, она шла из-нутри касаясь сосков, я это чувствовала. Мне хотелось как можно глубже вдохнуть свежего воздуха, что бы смешать свои чувства с ним. Прикосновения я не по-чувствовала, но я ощутила как в меня впились тысячи иголок, они вошли в мою грудь, и как за болью насту-пает блаженство покоя. Так и сейчас, я замерла. Боя-лась пошевелится, боялась вздохнуть, боялась спуг-нуть то, что творилось в груди. Теплота искр от при-косновения к соску разошлось по телу. Я начала про-гибаться ища своей грудью его губы. Второе прикос-новение, и поцелуй. Я ушла. Я была там. Мои губы сомкнулись как будто это я целую свою грудь, они по-вторяли его движения, я двигалась под него. Тепло язычка, и сдавливание моей плоти, он присосался к ней как голодный ребенок, он сосал ее. Я как любящая мать поцеловала его в лоб, сдавила двумя пальцами свою грудь направляя в его ротик свой нежный сосок, и он сосал, все сильней и сильней.

Слабый укус и я вырвалась, я не могла терпеть, я находилась на грани, я слышала свой стон изнутри, свое дыхание, удары сердца. Я слышала все, что тво-рится во мне, только я и это блаженство. Мое тело выпрямилось, я сидела на нем обхватив его тело своими ногами, я начала чувствовать его, сперва сла-бо, а затем его движения. Его руки прикоснулись ко мне как плющ, что обвивает дерево они обвили меня. Они блуждали выискивая все чувствительные места на моей коже, он чувствовал их. Стоило к ним прикос-нутся и они возвращались сразу обратно, как он чувст-вовал их я не знаю, но от бесконечного прикосновения меня начало трясти. Еще немного и мое тело забилось бы в конвульсиях блаженства.

Отстранив его ладони я провела теперь по его груди. Она была мягкой, пальцы утопали в ней, я сжи-мала их как мягкую подушечку, как мох, как свою соб-ственную грудь. От этой ассоциации я начала трез-веть, разум постепенно начал возвращаться ко мне, это было сладкое пробуждение. Мои пальцы не отпус-кали ее, они продолжали ее ласкать, мять, изучать. Глаза открылись легко, ничто им не мешало, ни свет, ни усталость, я почти ничего не видела, передомной еще плавали образы, туманные образу моих чувств, они не хотели меня отпускать. Сквозь ресницы я уви-дела свои руки, ладони, пальцы и нежную грудь. Она податливо сжималась под моими движениями, она плавала под пальцами, ее шелковистая слегка вспо-тевшая кожа касалась меня. Мои ладони пошли вверх к его лицу, к его губам.

Губы слегка влажные и такие сладкие. Он дышал жарко, страстно. Только один поцелуй и я снова нача-ла проваливаться и снова тело мое начало жить само-стоятельно, в каждом вдохе вечность. Истома. Время перестало существовать, только он.

Я открыла глаза. Смотрела на его грудь, как мои руки гуляют по ней, как они нащупали нежный его со-сок, как они прижали их, и сдавили, как он застонал, как он, как он, как она, да она. Это была она, ее тело, ее дыхание, прикосновения, это она, она. Я чувство-вала ее реакцию на мое прикосновение к ним. Легкий шелест дыхания, но какого. Все, что было внутри шло наружу, она выдыхала долго и напряженно, казалось выдох длится уже ни одну минуту. Стоило мне еще раз сдавить их, и она снова вдавливала живот. От этого движения ее бедра приподнялись, я чувствовала их, я чувствовала все, всю ее. На доли секунд мне показа-лась, что я это она, я знала, что мне надо делать, я знала, что я хочу, я знала, что хочет она.

Я легла рядом с ней, как мать положила ее голову себе на руку и прижала к себе. Материнское тепло, она как младенец прижалась ко мне , она искала меня своим ртом, своими руками. Я коснулась ее живота. Закрыла глаза и сразу все пропало, я, она, все, ничего нет, только чувства. Пальцы гладили его, они бегали вдоль пупка, вдоль линии, что соединяет ее бедра, они касались ее волосиков. Поцелуи стали жарче и влажней. Очень осторожно я прошлась по ним, слегка вдавив, а после приподняв. Пальцы сами шли, я знала куда им идти, я чувствовала ее желание, я чувствова-ла как ее ноги согнулись в коленях и разошлись. Они раскрывались как цветок, медленно, подставляя свои лепестки поим пальчикам.. Ее бедра приподнялись, цветок тянулся к свету, к моим пальцам. Я коснулась его. Совсем чуть, чуть коснулась, и цветок замер, бед-ра остановились, но колени начали еще шире расхо-дится. Они расширялись. Я коснулась еще. Бедра дрогнули и приподнялись. Они шли ко мне, мое тело само начало прогибаться , я начала копировать ее, это происходило само сабой, ведь я это она, а она это я.

Коснувшись ее лобка, ее цветки, я коснулась все-го, ладонь легла полностью на нее. Пальцы, что-то ис-кали, они сами блуждали по ней, им хотелось ворвать-ся в нее, и в тоже время нет. Она вся замерла, она пе-рестала дышать, перестала целовать, перестала дви-гаться, ее тело напряглось. Пальцы гладили ее бутон, я чувствовала их сок, их трепет и жажду. Он прова-лился в нее. Я не прилагала никаких усилий, он сам ушел в нее. Бедра дернулись и рванули вперед. Как долго женщина может чувствовать внутри себя муж-чину без движения? Она прогибалась. Как цветок стремится к свету, так и она стремилась к нему. Он был в ней, он ушел в нее и там замер, все замерло, все.

От напряжения ее ступни начали дрожать, затем ноги, затем живот, плечи, а после бедра. От этого движения внутри ее все зашевелилось. Малейшее движение и она взорвалась. Стон и судороги слились воедино. Она резко вдохнула и зарыдала. Она плакала не переставая. Плачь становился все жалобней и тише, по лицу потекли слезы. Она прижалась всем те-лом, обхватила меня и прильнула к моим губам. Плачь и поцелуй. Ей хотелось спрятать свое лицо у меня на груди, я прижимала ее все сильней и сильней. Чем больше я ее прижимала тем сильней становился ее плачь, он то нарастал, как шум ливня, то стихал как слабый ручей. Она очищалась. Ее лицо было все мок-рое, губы и глаза распухли. Она смотрела куда-то в пустоту, слезы застилали их, но от этого они не стано-вились грустными и отрешенными, они светились из-нутри.


* * *

Откуда приходят желания, чтобы постичь на-ши чувства, кому они подчиняются, можем ли мы ими управлять, кто мы в это время? Куда уходят они, когда мы постигли, что хотели? А что вообще мы хотели? Откуда приходят желания, что двигают нашим сознанием, откуда? Откуда? Кто мы?



Елена Стриж © (2002)

http://elenastrizh.ucoz.com/

elena.strizh@mail.ru

Интересное