Женщины насилуют женщин порно рассказы

Категории видео

женщины по вызову секс / женщины обильно кончают порно / женщины писаются во время секса / женщины о своем сексе / женщины обожают секс

Еще недостигнув зрелости, вовсе еще девочкой Зейнаб знала о любви почти все, что можно было знать. Ей все подробно и обстаятельно обяснили. Сопровождая своего отца в походах она не раз видела, спрятавшись за занавес, как насилуют пленных девушек. Порно онлайн средние века Лица шлюх Большие члены фото голые парни Домашние фото пар Секс в веке Порно фото начала века Порно рассказы Рассказы порно Эротические рассказы Порнорассказы Секс рассказы Рассказы секс Истории порно Порно истории Секс.

SexLib - лучшие эротические рассказы и порно рассказы рунета. База пополняется ежедневно, благодаря нашим читателям. , что именно сейчас меня никто не насиловал. Что я сама отдалась пацану, стоило. , только сегодня во мне проснулась настоящая женщина. Сколько же времени я потеряла Я начала понимать. испытать то, что многие женщины не испытывают ни разу.

Порно истории и порно рассказы. Жене лет, немного полноватая женщина, с сильно выраженными женскими формами, родившая нам -их- «Все прост, с Вас руб и одно лишь условие, в жену не кончать, не бить, но жестко проебать, короче насилуйте бабу».

SexLib - лучшие эротические рассказы и порно рассказы рунета. База пополняется ежедневно, благодаря нашим читателям. ту самую песню о любви, при которой вчера насиловали мою жену. Нахлынули двоякие чувства. , что твою жену раздевают от той одежды, которую она одевала при тебе. сладость быть рогоносцем мужем по доброй воле с красивой желанной женой, знайте, что если.

Порно и секс видео онлайн на ~❶GLI~, порно фото, эротические рассказы, а также голые знаменитости, постыдные истории, комиксы, порно игры, звёзды, статьи о сексе. Скачать клипы и секс фильмы. Секс по принуждению. - это половой акт, совершенный против воли партнера. Никакой жалости, изнасилование вопреки несогласия жертвы сексуального террора.

Как насиловали ее весь вечер и всю ночь О чем тут говорить Через некоторое время - опять веселье. Только, на этот раз, вялое, безжизненное. Женщины отпаивают меня пивом. Губит людей не пиво Впадаю в оцепенение. Что там, в другой комнатеТак же рекомендуем к прочтению Сексрассказ Куплю порно рассказы Секс история Порно рассказы отымели Эро рассказ Секс рассказ в метро.

молодую женщину насилуют подростки. Непридуманные эротические рассказы и секс-истории только на нашем сайте - студенты, пушистики, жено-мужчины, свингеры, лесбиянки, минет, странности, наблюдатели, а в попку лучше, я хочу пи-пи, случай, подростки, измена, гомосексуалы, эротическая сказка, фантазии, клизма, бисексуалы.

SexLib - лучшие эротические рассказы и порно рассказы рунета. База пополняется ежедневно, благодаря нашим читателям. И то, что этой женщиной была моя родная мать. ! Что там происходит Сын грубо насилует мать, а потом требует, чтобы мать. взрослой женщины, мамы, ситуация не превращается в критическую! Да, мама стала моей первой женщиной, а потом.

Девушка вдруг как крикнет - Мужчина! Я вас боюсь! - Чего это вы меня боитесь - А вы меня изнасилуете. - Так как же я вас изнасилую, если я внизу, а вы на балконе! - А я сейчас к вам спущусь. Материалы этого сайта не предназначены для детей. У нас вы найдете эротические истории, порнорассказы, порно истории, бесплатные эротические рассказы, секс истории, интимные рассказы о сексе.

Бесплатные порно рассказы и порно истории возбудят самых искушённых читателей эротических рассказов. Мы познакомилась пару месяцев назад по интернету. Долго общались на разные темы пока не коснулись главной – предпочтений в сексе. По сравнению с тем, что рассказала мне эта девушка, любые порнорассказы онлайн меркнут! Она первая призналась мне, что ей нравится подчиняться, а я не стал скрывать, что хотел бы попробовать себя в роли Повелителя.

Порно сцены в фильмах. Секс по принуждению женщин в фильмах. Все женщины в душе шлюхи. Групповое изнасилование на бильярдном столе. Шериф с дружками напились и изнасиловали девушку. Мужчина из обслуживающего персонала напал на знаменитую киноактрису. Сначала их насиловали фашисты а потом коммунисты.

SexLib - лучшие эротические рассказы и порно рассказы рунета. База пополняется ежедневно, благодаря нашим читателям. на дачу и сутками насилует во все дыры. Но мальчика уже дома женщины приучали к подчинению иему. подрос, его решила взять за себя зрелая дама. Все знали в каком качестве. , дрочить у себя и представлять себя на месте женщин, которых сношают. хочу быть с тобой.

Эта история может показаться удивительной, но случилось то, что случилось - супруг изнасиловал супругу. Скажите, так не бывает - ведь жена обязана давать и никакого насилия здесь быть не может. Выходит, что может. Вася со Светой жили уже несколько лет вместе. Огромная бесплатная коллекция порно рассказов и эротических историй разложенных по категориям.

SexLib - лучшие эротические рассказы и порно рассказы рунета. Клуб любителей пьяных женщин. Трахнули пьяную жену. , что со мной произошло — в комнате насиловали мою жену, Светка кричала не переставая, а я не мог. один долбит ее в зад, а какая-то вхлам.

SexLib - лучшие эротические рассказы и порно рассказы рунета. Все рассказы про «женщины насилуют парня» Результатов. Минет и женщина.


Похожее порно видео



Рассказик на закуску

(рассказ попутчика)



- Ну, а вы чем публику позабавите? – подмигнул я, наливая в стаканы очередную порцию коньяка.

Несмотря на разницу в возрасте и положении (Сергей Владимирович был лет на десять старше меня и выглядел куда солиднее), мы довольно быстро нашли с ним общий язык, и переход к совместному распитию припасенной им бутылки «Арарата» был вопросом времени.

- За женщин!

Мы чокнулись и выпили. Мой попутчик деликатно откашлялся.

- Вот был у меня однажды случай… кстати, тоже, в известном смысле, на работе, - после некоторой паузы сообщил он, - и вспоминать не хочется, и забыть не могу, хотя уже столько лет прошло. Очень уж грустная история получилась. Боль, можно сказать, на всю оставшуюся жизнь...

После моих жизнеутверждающих трелей о прелестях работы в дамском коллективе, такое невеселое вступление прозвучало легким диссонансом – все-таки соседей по купе принято развлекать, а не грузить давними проблемами. Однако выпитый коньяк позволял относиться с юмором буквально ко всему, к тому же мне смертельно надоело чесать языком в одиночку.

- Что, тоже застукали и уволили? – попытался схохмить я, - Такое иногда случается, особенно если у тебя роман с женой начальника.

- Да какой там роман! – покачал головой сосед, - Мы и познакомиться-то толком не успели.

- То есть…

- И виделись всего один раз в жизни.

- Ну-у, значит это действительно было нечто! Любопытно было бы послушать.

- Могу рассказать. Только предупреждаю, скабрезных историй про всеобщий разврат на этот раз не будет. Прошу также заметить, что я давно и счастливо женат. У меня про другое… и попытайтесь понять все правильно.

И он начал свой рассказ.



* * *



«Я в ту пору еще молодой был, неженатый. Жил на периферии, работал в районной газете, писал разные статейки, в основном на производственные темы. Помимо прочего, был у нас в городе крупный химический завод, где не то удобрения, не то ядохимикаты выпускали. Сколько помню, оттуда вечно какой-нибудь гадостью тянуло. И вот посылает меня как-то раз туда главный редактор. Срочно понадобился ко Дню химика репортаж об их славном трудовом коллективе. В частности, про то, как они за чистоту окружающей среды борются. Хотя по мне, так они все вокруг только травили. Но раньше-то как было – что велят, то и пишешь… Кстати, и сейчас в этом плане немногим лучше.

Деваться некуда, беру редакционную машину, еду. Там всех уже предупредили – мигом выписали мне пропуск, проинструктировали, чего там можно, чего нельзя, согласовали, какие цеха мне стоит посмотреть (а какие, стало быть, не стоит?), и персонального провожатого выделили, главного специалиста из отдела техники безопасности. Звали его забавно – не то Галимзян Рашидович, не то Рашид Галимзянович, татарское какое-то имя-отчество. Хотя говорил он без всякого акцента. Ну вот, стало быть, идем мы с этим Галимзяном по заводу, принюхиваемся к ароматам и разговоры разговариваем. Вдруг он останавливается и хлопает себя ладонью по лбу.

- Извините, - говорит, - вам в какой цех?

- В 11-й, - смотрю я в бумажку.

- А в ЦЗЛ зайти не хотите?

- Простите, ЦЗЛ – что это такое?

- Центральная заводская лаборатория.

Я снова заглядываю в бумажку.

- Нет, лаборатория в списке не значится.

Тем не менее, выясняется, что ему там срочно какой-то документ надо забрать. А бросить меня одного посередь завода он не имеет права.

- Вообще-то мне после 11-го еще в 7-й идти, потом в технический отдел, да еще на очистные сооружения заехать, – отнекиваюсь я, - Программа обширная, а время уже к обеду…

- Да это тут недалеко, - уговаривает он меня, - Кстати, в ЦЗЛ женщины работают. Некоторые – очень даже ничего.

Как ни странно, это сработало.

- Ладно, - говорю, - Идемте, посмотрим ваших женщин.

Короче, свернули мы с ним в сторону. Шли минут пять.

- Вот это цех №4, - показывает главспец на массивный кирпичный корпус справа, - А вон то – здание ЦЗЛ. Нам туда.

Зашли, поднялись на второй этаж, заглянули в одну из дверей. Ну, что сказать? Лаборатория, как лаборатория – шкафчики, стеллажи, столы, приборы какие-то... На высоких табуретках сидят две невзрачные тетки с нездоровым цветом лица и – о, чудо! – симпатичная молодая девчонка. Я ее как увидел, сразу глаз положил – глаза большие, фигурка стройная, ноги длинные, и даже рабочий халат ее не особенно портил, поскольку совсем коротенький был. Так вот, значит, сидят они и журнальчиками обмахиваются. Самое начало лета, а уже жара стоит…

- Всем доброе утро, – заходит главспец.

- А, Галимзян Рашидович! Что-то вы к нам зачастили… Ой, а кто это с вами такой молодой, интересный?

- Знакомьтесь. Сергей Владимирович Балашов, корреспондент из «Красной зари». Пишет репортаж о заводе.

- Здравствуйте! – немного смущенно привстала с табуретки одна из теток, чисто по-мужски протягивая мне руку, - Кузина Марья Михайловна, инженер-химик.

Очевидно, она была тут старшей.

- Очень приятно, - церемонно пожал я протянутую руку и вопросительно посмотрел на остальных.

- А это лаборантки из нашего сектора, - сбивчиво затараторила тетка, - Попова Зинаида Ивановна… Рябоконь Елена… извини, забыла, как тебя по отчеству… Лена у нас недавно, после училища…

- Да какое там отчество, - фыркает девушка, - Просто Лена.

- Здрасьте, - еще раз говорю я, нахально подсаживаясь к ней на свободный табурет, - Очень приятно. А меня тогда можете звать просто Сергеем.

- Вы, значит, тут товарищу покажите чего-нибудь интересное, - засуетился главспец, - а я пока к вашему начальнику загляну…

- Да чего тут смотреть? – пожала плечами девушка, нехотя пряча журнал в стол, - Вас что-то конкретно интересует?

Специфика работы заводского лаборанта всегда была для меня тайной за семью печатями, поэтому ничего конкретного я спросить не мог. Но замялся я главным образом потому, что в этот момент девушка несколько опрометчиво раздвинула ножки, в результате чего я узрел, что у нее под халатиком не было вообще ничего, кроме легкомысленных ажурных трусиков. Это неожиданное открытие сразило меня наповал. Понимаете, до прихода сюда я был свято уверен, что на этом провонявшем всю округу заводе работают злобные мутанты, дышащие ядовитыми газами и купающиеся в серной кислоте. И вдруг обнаруживаю здесь очаровательную девушку в халатике на голое тело! У меня было ощущение, что весь мир внезапно завертелся вокруг ее стройных ножек.

- Понятия не имею! – вздохнул я, продолжая бестактно изучать рисунок ее нижнего белья.

- Что-нибудь не так? – забеспокоилась девушка, на всякий случай немного сдвинув коленки.

- Да нет, все в порядке. Просто я гляжу, спецодежда у вас... хм... несколько облегченная...

Она смутилась, но не сильно.

- А, вы про халат? Это мне по ошибке такой короткий выдали. Я сначала поменять хотела, а потом привыкла.

- Хм, понятно… вообще-то вам даже идет, - отпустил я неловкий комплимент, - Так как насчет что-нибудь посмотреть?

- А вы разве еще не все посмотрели? – ехидно поинтересовалась девушка, сдвигая ноги плотнее и демонстративно одергивая полы халатика.

Мне захотелось провалиться сквозь землю, но я сделал вид, что не понял намека.

- Нет, я про лабораторию. Что-нибудь интересное из вашей работы.

- Запросто. Анализ из работающих аппаратов подойдет?

- Вполне.

- Только это не в самой лаборатории. Это в 4-й цех идти надо.

- Надо, так надо. Я готов!

Я действительно был готов идти за ней хоть на край света. Несмотря на то, что она вела себя со мной довольно холодно.

«Что такое со мной? Неужели втюрился?»

- Галимзян Рашидович, можно мне в 4-й цех?

- А как же ваша программа? – съехидничал главспец, притормаживая в дверях, - Он же у вас тоже в списке не значится.

- Я ненадолго, - пообещал я, - Туда и обратно.

- Что, появился интерес? – подмигнул он мне, косясь на хорошенькую Лену, - Ну-ну…

Лена тем временем полезла под стол, чтобы вытащить какой-то напоминающим чемоданчик аппарат, при этом так эффектно присев на корточки, что мое сердце чуть не выскочило из груди.

- Штаны надень, стыдоба, - заворчали тетки, - Не на танцы собралась!

- Да ну вас с вашими штанами, - хихикает та в ответ, - И так жарко.

- Действительно, жарковато сегодня что-то, - согласился я.

- А в цехе еще жарче будет. Там реактора горячие, трубчатые печи, паропроводы...

- Как это – реактора горячие? – насторожился я.

У меня при слове «реактор» до сих пор Чернобыль почему-то вспоминается.

- Так. Синтез же ради вас никто останавливать не будет?

Реактора, синтез... Слова-то все какие, мне даже не по себе немного стало.

- Да вы не бойтесь! – успокаивает меня Лена, - На самом деле ничего страшного. Так, пованивает немножко...

И вешает через плечо матерчатую противогазную сумку.

- Ничего себе «пованивает»! Это что – противогаз?!

- Ага. Без него в цех не пускают.

- Там так опасно?

- Да нет, просто положено. На всякий случай. Если авария там, или еще чего.

- То есть надевать его вы не будете?

- Буду, - потупилась Лена, - Отбор проб – строго в противогазе. Хотя это просто ужас…

- Ничего, Рябоконь, – буркнул главспец, - Лучше часок помучиться, чем разок отравиться. В нашем деле главное – что?

- Соблюдение правил техники безопасности, – нарочито бодро похлопала по висящей на боку сумке Лена.

- Слышите, барышни? – многозначительно посмотрел главспец на женщин.

- Слышим, слышим, Галимзян Рашидович…

Из всего этого я сделал вывод, что правила эти здесь частенько нарушаются.

- Ну и работа у вас, товарищи женщины, – искренне удивился я, - Как же она выдержит в противогазе, да еще в такую жару?!

- Захочет, выдержит… Все еще хотите взглянуть?

- Хочу. Если, конечно, можно.

- Можно. Только каску наденьте. И еще вот это тоже прихватите…

Мой провожатый пробежал взглядом по стеллажу с противогазами.

- Знаете, как пользоваться?

- Показывали когда-то.

- Вот, возьмите. Третий размер, должен подойти, – и, заметив кислое выражение на моем лице, добавил, - Не бойтесь, для вас это всего лишь мера предосторожности. Надевать не придется. Ну что, теперь вперед и с песней?

Я кивнул, хотя и без прежнего энтузиазма.

- Главное, на верхние площадки не поднимайтесь и ничего не трогайте. Да, и не вздумайте там курить!

- Я не курю.

- Ну и правильно. Теперь мне налево, а вам направо. Встречаемся здесь, минут через двадцать.

Нахлобучив каску, я попрощался с тетками, и мы с Леной двинулись по коридору.

- Смотри, принцесса, не умори там молодого человека, – донеслось нам вслед, - Ему еще статью про нас писать!

- Да уж прямо – про вас, – не оборачиваясь, проворчала Лена, - Разбежались!

Идя следом, я невольно любовался ее точеной фигуркой в коротком приталенном халатике. Хотя тащить приборы ей было явно неудобно, и походка девушки от этого заметно страдала. Да и настроение, похоже, тоже.

- Разрешите вам помочь? – решил я вдруг проявить галантность и, не дожидаясь ответа, перехватил в свои руки все ее химическое барахло.

Взгляд девушки немедленно потеплел.

- Спасибо, – улыбнулась она, расцветая трогательными ямочками на щечках, - Вот всегда бы так!

Мы свернули в длинный мрачный переход с давно не мытыми стеклами, куда указывала стрелка с надписью «цех №4», и вскоре прибыли на место. Сам цех впечатление произвел жутковатое: полумрак, где-то что-то гудит, где-то что-то булькает, кругом змеятся трубы, откуда-то с шипением пробивается пар, снуют люди в замызганных спецовках и с противогазными сумками на боку… Вдобавок ко всему, несмотря на надсадно воющие вытяжные вентиляторы здесь стояла неистребимая, какая-то сугубо химическая вонь. Может быть, не очень сильная, но довольно мерзкая. Ну, и жарища, как меня и предупреждали – градусов под сорок. Идти дальше, честно говоря, уже не хотелось, но перед девушкой я решил держаться молодцом и вообще стараться делать вид, что мы, мол, и не такое проходили. Что касается самой девушки, то она, похоже, чувствовала себя вполне комфортно даже в такой обстановке.

- Не пугайтесь, этот цех хоть и старый, но не самый плохой, - весело щебетала Лена, грациозно ныряя под очередную связку трубопроводов, - А недавно они новую импортную установку запустили, вообще красота.

- Посмотреть можно?

- Так мы туда и идем. Да вот же она!

Установка оказалась сверкающей нержавеющей сталью и сплошь опутанной трубами хитроумной конструкцией высотой с трехэтажный дом – странно, как она вообще поместилась под крышей цеха. Людей видно почти не было, потому что, по словам Лены, все узлы управлялись автоматикой. И только пробы, как и раньше, приходилось лазить отбирать живым лаборанткам (ну, это, я вам скажу, очень по-нашенски). Между тем я уже внизу весь вспотел, а каково же наверху тогда будет?

Впрочем, Лена лезть в это пекло и не торопилась. Вместо этого она велела мне поставить приборы на пол, после чего, рискуя обжечь голые ляжки, по-хозяйски уселась на какую-то выкрашенную в ядовито-желтый цвет трубу.

- Кого-то ждем? – спросил я.

- Да тут, аппаратчика одного знакомого… помогает мне обычно… только я, кажется, рановато заявилась, – зевнула она, жестом приглашая меня присесть рядом.

Коротая время, она начала рассказывать мне о своей работе, но я все равно мало что понял (у меня в школе по химии тройка была), поэтому решил, что лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Наконец она устала ждать и показала рукой в направлении площадки обслуживания на установке.

- Ну, мне туда. А вы тут постойте, если хотите…

- Позвольте, как же вы все это одна наверх попрете? – возмутился я, вырывая из ее рук чемоданчик.

- Ой, что вы! – замахала руками Лена, - Вам туда нельзя!

- Глупости! Почему это я не могу помочь красивой девушке? Или знакомый аппаратчик будет против?

- Да ну вас, скажете тоже, - смутилась Лена, - Хорошо, только осторожно. Здесь ступеньки очень крутые.

- Да я бы сказал, почти вертикальные, - усмехнулся я.

И мы полезли по трапу наверх, она спереди, я следом. Чтобы, значит, если вдруг что-то уроню, так хоть не ей на голову. Чувствую, а с чемоданом-то, блин, и впрямь неудобно. Не то, чтоб тяжело, но – неудобно, одной руки категорически не хватает. И как только она раньше тут лазила? Задираю голову посмотреть, долго ли еще – мамочка, а там такие виды!!! Я чуть с лестницы не навернулся… сами посудите, какая может быть координация движений, когда у тебя прямо над головой голая женская задница?! То есть, трусики на девочке, конечно, были, но такого смелого покроя, что сзади попа их скушала напрочь... Чемоданчиком с приборами о перила приложился – гул по всему цеху пошел. Моя обольстительница, естественно, тут же оборачивается.

- Ой! Меня начальница за эти приборы убьет! – восклицает она, жеманно поигрывая складками попы.

- Да нет, вроде бы ничего не разбилось, - спешу заверить ее я.

А сам, забыв о всяких приличиях, пялюсь ей в зад, и краской заливаюсь, как малолетний пацан. И тут до нее, наконец, доходит, как же лихо она подставилась.

- Ай-яй-яй, ну куда вы смотрите? Так же и шею свернуть недолго!

Я конфузливо опускаю голову, но глаза-то сами наверх косятся… в общем, последние пару метров она лезла, прикрывая зад ладошкой. Смех и грех. Хотя, если разобраться, сама была виновата – еще бы в купальнике в цех пришла. Но и мне, наверное, не следовало лезть впритирку за ней. Короче, оба хороши.

А на площадке уже конкретное пекло, и воняет с непривычки – вообще караул. Ставлю я ее барахло на настил и лоб вспотевший вытираю, будучи все еще под впечатлением от увиденного. Лена, кажется, смотрит на меня с легкой укоризной, и я ее прекрасно понимаю – хотел помочь, помогай, но зачем под юбку пялиться?

- Спасибо вам, Сережа! – неожиданно касается она губами моей щеки, и сердце мое подпрыгивает до небес, - А теперь вниз, пожалуйста, я все равно больше разговаривать не смогу...

И натягивает противогаз. Я от неожиданности аж вздрогнул. И то сказать – была симпатичная девушка, а стала лысая страхолюдина с хоботом, как у слона.

- У-у! А-а? – мычит эта очкастая образина, грозно сверкая стеклами. Типа, ну как?

- Действительно, ужас… - потрясенно бормочу я, трясущимися руками расчехляя фотоаппарат, - Можно сделать пару кадров для истории?

Она протестующее замотала головой, что-то неразборчиво гугукнула (в этой жуткой маске действительно не больно-то поговоришь) и, подхватив чемоданчик, направилась к точке отбора. Зрелище, скажу я вам, было чумовое. Фигурное катание видели? Ну вот, представьте себе фигуристку в противогазе… А между тем, откуда-то таким дерьмом несет, что противогаз и впрямь не помешал бы. Только вот напяливать его – увольте, меня от одного запаха резины с детства мутит. Поэтому погладил я Лену сзади нежно по гладкой резиновой макушке и спустился быстренько вниз.

А она, бедная, осталась на площадке париться: то в люк чуть ли не с головой нырнет, то с приборами начнет возиться, то какие-то шланги с места на место таскает… так увлеклась, что на меня и не смотрит даже. Что запомнилось, ее голые ноги от жары сплошь красные сделались. Ох, и жалела, должно быть, девочка, что штаны не надела, как ей умные люди советовали… Через какое-то время чувствую – от всех этих наблюдений за рабочим процессом у меня под ширинкой конкретные проблемы начинаются. В смысле, плоть начинает восставать. Еще бы… она же зад-то ладошкой больше не прикрывала! А когда она, не снимая резиновых перчаток и противогаза, затеяла трусики в попке поправлять, я вообще едва не кончил. Так по-девчачьи мило все это выглядело… Естественно, трусики скоро обратно в попу залезли, и больше она их уже без толку не теребила, но я что сказать хочу – сколько раз с тех пор настоящий стриптиз смотрел, и ни разу сердце так бешено не колотилось, как тогда. А с чего бы, казалось? подумаешь, девчонка трусы поправила…

Я, конечно, не обольщался, что это шоу устроено специально для меня (думаю, самой Лене было тогда глубоко наплевать, кто и как на нее в этот момент смотрит), но твердо решил, что с такой интересной девушкой стоит познакомиться поближе. Однако ждать, пока она освободится, я не мог… да и шея затекла… в общем, сложил я ладони рупором и крикнул ей, что, мол, спасибо за рассказ и показ, но мне пора – а раз так, то не спуститься ли ей вниз на пару слов? Она в ответ кивнула, сделала пару шагов к спусковому трапу, и вдруг… начала тихо сползать по стеночке прямо на решетчатый пол. Что такое?! Не успел я холодный пот со лба смахнуть, как она уже во весь рост на площадке растянулась. К слову сказать, в такой эротичной позе, что… ох, держите меня семеро!.. но тут уж мне совсем не до эротики стало. Потому как чувствую, что-то неладное происходит. Не отдохнуть же она прилегла, в самом деле.

- Эй!!! – ору ей наверх, - Помощь требуется?

А она все лежит, только рука потянулась к горлу, как если бы ей воздуха не хватало. Если она что и сказала при этом, не слышно было. Опять же, противогаз на ней.

- Лена!!! – продолжаю орать я, размахивая руками.

Она по-прежнему ноль эмоций. Как на грех, весь инструктаж по технике безопасности у меня из головы тут же улетучился. Что делать? Куда бежать? Кого звать? Хрен его знает. И вокруг ни души. Выждал я несколько секунд – чувствую, вроде бы хуже мне не делается. И сигнализация молчит. А, думаю, к черту все инструкции! И полез за ней сам. Главное, про собственный противогаз даже не вспомнил, хотя в такой ситуации, пожалуй, стоило бы надеть на всякий случай. Ладно, бог с ним. Забираюсь на площадку. Она все так же лежит с невозмутимой мордой – ноги враскроряку, по животу хобот змеится, волосы из-под маски по грязному настилу разметались... Причем непонятно даже, дышит или нет. Тут уж я струхнул не на шутку.

- Лена! – осторожно беру я ее за руку, пытаясь нащупать пульс, - Что с тобой?

А пульс, как назло, никак не прощупывается. Ну, в общем, меня всего уже натурально трясет... умирает же девушка! да и мне – долго ли осталось? и тут вдруг она медленно поворачивает голову ко мне, и начинает жалобно так стонать. Еле слышно, как будто ей подушку на лицо положили. Но я все равно обрадовался. Слава богу, думаю, живая... Но что с ней тогда стряслось? я ж вот тут рядом стою без всяких средств защиты и даже не кашляю? Немного мутит от духоты – это да, а в целом… И тут меня осенило. Это же она просто в обморок упала! Жара, да еще столько времени в душном противогазе, вот вам и результат.

Моментально сорвал с нее маску, так – веришь, нет? – оттуда целая струйка пота вытекла. Видимо, это называется у них работать в поте лица. А лицо у нее, ты бы видел – все в испарине, под глазами круги, а губы - аж синие. Бедная девочка! Но веки уже дрожат, и вроде бы дышит сама, а то я ей уже искусственное дыхание «рот в рот» пристроился делать. Ограничился тем, что расстегнул ей пару верхних пуговиц на халате, чтобы легче дышалось, да шлепнул разок по румяной попке, чтобы быстрее в себя пришла. Я знаю, так новорожденным делают. Гляжу, помогло – открыла глаза.

- Руки уберите, пожалуйста! - говорит полушепотом. И первым делом подол одергивает, чтоб прелести свои прикрыть.

Ну, я не в претензии, да и девушку можно понять. Хотя вот интересно, она нарочно лифчик на размер меньше надела, или по ошибке? По-хорошему, надо было бы и его расстегнуть, чтобы грудь освободить, но на это у меня наглости уже не хватило. Я с девушками с места в карьер обычно не рву. Ну там сперва поговорить, потом поцеловать, а там уж можно и до лифчика добираться…

- Ф-ф-у-у! Чуть не задохлась! – стонет Лена, брезгливо запихивая противогаз в сумку.

- Что, не помогает?

- Да ну его на фиг, свиное рыло! – морщится девушка, - Что-то не то с ним сегодня...

Минут пять она в себя приходила. А я стоял рядом посреди этой вони и думал, какие все-таки сволочи ее начальники. Своих-то дочерей сюда, небось, не посылают. Еще бы! Это же форменный кошмар, а не работа. И чего я у себя в редакции вечно чем-то недоволен, привереда? То пишущую машинку кто-то без спроса взял, то паста в ручке кончилась… Подумаешь, трудности! Да у меня, по сравнению с некоторыми, не работа, а курорт.

- Знаешь, Лена, ты бы лучше домой шла. А еще лучше к врачу. У тебя же обморок был!

- Ну да! А работать кто будет? Все и так в отпусках…

- А эти ваши тетки, как их там?

- Кто, Марья Михайловна и Зинаида Ивановна?! – засмеялась Лена, - Да куда им, они старенькие уже…

И чего только ругают современную молодежь? Вон, какая забота о престарелых и убогих.

- Зато у тебя, я гляжу, здоровья больше всех, – не унимаюсь я, - Ну как опять отключишься и вниз свалишься?

- Тут кругом ограждения, захочешь – не упадешь. Да вы за меня не волнуйтесь…

- Не волнуйтесь, не волнуйтесь… Может, все-таки перейдем на ты? И потом, как же мне не волноваться, если ты только что на моих глазах умирающего лебедя изображала!

Лена посмотрела на меня с недоумением.

- Так я ж противогаз-то больше надевать не буду!

- Как это? А не боишься?

- Разок-то можно, если лицо в сторону от люка держать. Все лучше, чем в этом наморднике.

- Что, настолько тяжело? – сочувственно спросил я.

- Сегодня – да. А вообще у нас и раньше женщины в противогазах сознание теряли, особенно летом.

- И что, - спрашиваю, - никто не жаловался?

- А что толку жаловаться? Это ж химзавод, а не кондитерская фабрика.

- Верно подмечено. Почему же вы тогда по двое не ходите, раз такое случается?

- Раньше ходили, сейчас людей не хватает. Вообще-то, за нами аппаратчики обычно присматривают (я бы на их месте тоже присматривал, причем исключительно снизу!) Да и мы ведь не каждый день в обморок падаем…

И впрямь полегчало ей, видать, раз шутить пытается. Что за девушка, право! Только вот лицо у нее теперь резиной воняет, никакими духами не забить.

- Ты сам-то как, Сережа? Голова не кружится? Глаза не слезятся?

- Спасибо, ничего, - говорю, - Привыкаю понемногу. Что дальше делать будем?

- Я на верхнюю площадку, там еще пара точек. А вы… а ты быстренько вниз, пока не увидели. Да и вредно тут долго находиться.

- А как же ты?

- Уж как-нибудь. Мне хотя бы за вредность доплачивают, и молоко дают… Только не говори, что я на отборе противогаз сняла. Наказать могут.

- Пускай тогда уж меня наказывают, это ж я его с тебя снял.

- Да, и про обморок этот дурацкий тоже никому не рассказывай!

- Это еще почему?

- Медосмотр не пройду – переведут в уборщицы, или вообще уволят по статье.

- Может, оно и к лучшему?

- Ага! А жить на что? У меня мама болеет, папа на пенсии…

Спорить с ней было сложно.

- Ладно, не скажу.

- Ой, Рашидович идет! – вздрогнула Лена, - Легок на помине... Прячьтесь!

Я, как мальчишка, шмыгнул за какую-то трубу. Гляжу, а внизу и впрямь главспец по ТБ. Причем вид у него самый что ни на есть воинственный.

- Эй, наверху! – орет он срывающимся от возмущения фальцетом, - Что за безобразие! Почему без противогаза на площадке?

- Галимзян Рашидович, миленький… может, не надо противогаз? – взмолилась Лена, глядя на него глазами испуганного олененка, - Здесь и загазованности-то почти нет!

Но главспец службу знает туго.

- Разговорчики в строю! Надевай немедленно – или от работы отстраню!

- В нем дышать трудно! – жалобно канючит Лена, - И лицо потеет... и шланг мешается. Можно, я в «лепестке» поработаю? Он у меня с собой.

- Да что ты говоришь? - в голосе главспеца прорезаются откровенно издевательские интонации, - Ты инструкцию по отбору вообще-то читала?

- Ну, читала...

- Есть там что-нибудь про респираторы?

- Нет, но...

- Никаких «но»! «Лепесток» только пыль фильтрует! От паров и газов – не защищает, пора бы знать такие вещи.

Леночка выразительно закатывает глаза и нехотя лезет в сумку за противогазом.

- Ну вот, всегда так… сам бы в нем поработал, перестраховщик…

- А вы, молодой человек, почему нарушаете? – обрушивается главспец теперь уже на меня, - Не прячьтесь, я вас вижу! Немедленно спускайтесь вниз, посторонним там нельзя находиться!

Я поднимаю руки кверху: виноват, мол, каюсь. Напоследок поворачиваюсь к Леночке, чтобы попрощаться. Ох, блин, ну и вид у нее. Без слез не взглянешь.

- Пока, Лена! Мне в другой цех идти надо.

- Угу!

- Тебе еще долго здесь?

- Угу!

- Геройская ты девчонка! Я бы в этой резине и пяти минут не продержался.

- Угу-гу-гу-гу! - то ли смеется, то ли стонет она, демонстративно потрясая хоботом. Самой, мол, надоело до смерти.

Все-таки есть что-то глубоко противоестественное в разговоре с девушкой, на которую напялен противогаз. Ты ей что-то говоришь, а она только мычит в ответ и выглядит, как последняя уродка. Господи, ну почему женщины у нас должны работать в таких нечеловеческих условиях? Тем более, молодые красивые девчата.

- Лена, а давай встретимся после работы? Я у тебя еще раз интервью возьму. Если хочешь – тет-а-тет…

Эх, поцеловать бы ее еще напоследок… девушки от этого просто млеют… но не эту же резиновую харю чмокать?

- Угу! – натужно сопит она, как-то неопределенно качая головой.

- Товарищ корреспондент! Сергей Владимирович! – надрывается главспец, - Я же за вас отвечаю! Немедленно вниз!

- Все, иду! Иду!

В общем, так и не успел я разобрать смысл этого ее последнего «угу»... Я лишь делаю ей на прощание ручкой и лезу вниз. А она, тяжело дыша и еле перебирая ногами – наверх. Когда из-под халатика снова мелькнула знакомая голая попка, я просто зажмурился. Эх, Лена, Лена, что же ты с нами делаешь! Всех работяг здесь, наверное, давно с ума свела, причем, не прилагая никаких усилий. Как бы тебе все-таки объяснить, что нельзя так на работу наряжаться, дабы не провоцировать сердечные приступы у бедных аппаратчиков и слесарей?

К тому времени главспец уже слегка поостыл.

- Дисциплинка, вашу мать! – по инерции выругался он, когда я подошел поближе, - Видали? Говоришь этим девчонкам, говоришь… как будто это мне, а не им нужно!

- Она не виновата, - попытался я заступиться за Лену, - У нее с противогазом что-то.

- Проверю. А вы тоже хороши… добро, хоть надышаться ничем не успели, откачивай потом… А то был у нас тут один такой герой-писатель – когда обратно через проходную выходил, весь пиджак был, как решето, и морда в крапинку. Кислотой обрызгало… Так его жена на нас чуть в суд не подала!

- Да я все время внизу возле окошка стоял, - заверил я его, - Только под конец поднялся помочь.

- А чего помогать-то было? (ну да, тебе бы это точно в голову не пришло)

- Так, просто…

- Вы глядите, без самодеятельности. Здесь вам не кондитерская фабрика!

- Да, мне уже говорили, - иронически хмыкнул я.

- Кстати, как вам наши лаборантки?

- Молодцы, трудятся в поте лица. Но им не позавидуешь.

- В каком смысле?

- Ну... хотя бы в том, что заставлять женщин работать в противогазе, да еще в такую жару – это не выход из положения. Лекарство не должно быть хуже болезни.

Кажется, Галимзян Рашидович смутился.

- Она вам что, про обмороки рассказала?

- Типа того.

- Болтают что ни попадя… Так вот! – запальчиво произнес он, пригрозив пальцем сидящей наверху девушке, - Во-первых, это было всего пару раз, во-вторых, тогда над девчонками просто глупо подшутили – засунули, понимаешь, капроновый чулок в шланг, типа боевого крещения – кстати, мы этим шутницам потом по строгачу влепили, а в-третьих...

- Пару раз, говорите? – я уже открыл было рот, чтобы выложить ему всю правду о сегодняшнем инциденте, но вовремя вспомнил предостережение Лены и не стал развивать тему, - Кстати, сколько лет этой девушке?

- Не волнуйтесь, совершеннолетняя. Да вы не думайте, я все понимаю. Женщины – они везде женщины… им прическа и макияж иной раз важнее жизни… Но и нас понять нужно. Разреши им без противогазов работать, половина тут же перетравится, а половина из больничных вылезать не будет! Я ж не виноват, что он прическу мнет и дышать в нем трудно… да, кстати, не так уж трудно, просто привыкнуть надо. Вон, когда здесь в войну иприт делали, вообще одни девчата восемнадцатилетние работали, так они по восемь часов из противогазов и защитных костюмов не вылезали! Кто втихаря снимал подышать, тех через полгода на кладбище везли. А остальным – нашатырный спирт в шланг, и клизму с холодной водой каждые два часа, чтобы сознание не потеряла. Вот это, я понимаю, была душегубка! А сейчас-то что, курорт почти…

- Вечная память тем девчатам, - говорю, - Но сейчас все-таки не война. Мужчин бы на их место… или приборы какие-нибудь автоматические.

- Так мужик-то наш не дурак за лаборантскую ставку здоровьем рисковать, - усмехнулся главспец, покачав головой, - Ему ниже аппаратчика не предлагай, да еще по особо вредной сетке! А там тебе все – и санатории, и дополнительные отпуска, и льготы разные. А насчет приборов… как вам новая установка? - это он, видать, тему решил сменить.

- Сразу видно, полная автоматизация, - усмехнулся я.

- Так ведь за валюту покупали, – не уловил он сарказма, - Ну что, теперь в 11-й?

- Да. Только распорядитесь, пожалуйста – пусть за ней присмотрят. А то мало ли что...

Галимзян без лишних слов схватил за руку первого попавшегося рабочего (где они только раньше прятались?) и ткнул ему пальцем в Лену. Рабочий понимающе кивнул и, натянув противогаз, шустро полез наверх.

- Я не спорю, недостатки в нашей работе есть. А у кого их нету? Так что вы, пожалуйста, не сгущайте красок, когда писать будете. Как говорит Михаил Сергеевич, больше позитива!

- За это не беспокойтесь. Кто ж мне позволит?

Обошел я еще пару производств – там, слава богу, без приключений обошлось, в столовой пообедал, на очистные сооружения заехал, пару интервью в заводоуправлении взял – вроде бы все сделать успел. А тут уже рабочая смена закончилась, народ из проходных повалил. Эх, думаю, вот бы встретить сейчас мою Лену, да пообщаться с ней в спокойной обстановке, без дурацких противогазов и главспецов…

И знаете, мне повезло! Иду я к нашему редакционному «рафику», гляжу – на автобусной остановке в толпе женщин стоит моя давешняя знакомая. Я ее даже со спины узнал, она и тут в мини-юбке была, а уж эти ножки я бы ни с какими другими не спутал.

Естественно, сразу бросаюсь к ней.

- Лена! Как ты?

- Ой, Сережа! Привет!

- Привет! Извините, девушки, я у вас подружку конфискую ненадолго.

Ну, и конфисковал. А те вслед хихикают: «Повели нашу принцессу под белы рученьки!»

Я ее спрашиваю:

- Лена, а почему принцессу? У тебя папа, случаем, не король?

- Не король! – смеется она, - Он у меня здесь, на заводе, слесарем работал. А принцесса – это потому что все говорят, что я на принцессу из «Бременских музыкантов» похожа. Ну, из мультика.

- Точно, - говорю, - Там принцесса тоже в коротеньком платье. Только ей до тебя далеко!

- Правда так думаешь? – хлопает ресницами это чудо в мини-юбке.

Господи, кажется, я окончательно и бесповоротно влюбился.

- Есть в тебе что-то такое... На «мисс Химпром» выдвигаться не пробовала?

Она аж зарделась.

- А что, разве такой конкурс есть?

- Не знаю, - жму плечами, - Почему бы и нет? Я к тому, что тебе лучше по подиуму в купальнике ходить, чем на заводе горбатиться. Знаешь, противогаз тебе совсем не идет.

- Да кому же он идет? – конфузливо прыснула она в ладошку, - Представляю, как я выглядела с этим хоботом...

«И с голой попкой!» - ехидно улыбнулся я про себя. Судя по характерной рельефной тени, проступавшей сквозь тонкую материю юбки, ее легкомысленные ажурные трусики и сейчас были на ней.

- Могу потом фотографии прислать. Посмотришь.

- Ой, а ты что – все-таки снимал меня? В таком виде?!

- Извини, трудно было удержаться. Кстати, могу и еще раз снять. Без противогаза-то ты смотришься куда лучше!

- Вот как? Ну, давай, фоткай! – приосанилась она, кокетливо отставляя ножку, - Кстати, знаешь, почему я сегодня в цехе чуть не задохлась?

- Ну? – спросил я, наводя резкость.

- Да это Валька наша, уборщица, мыла вчера полы, и нечаянно скинула мой противогаз в ведро. Никому не сказала, сумку отжала и на стеллаж поставила. А коробка-то у противогаза отсырела, вот воздух через нее потом и не проходил! – тут она не выдержала и звонко засмеялась, - Валька так извинялась! А я-то еще думала, чего ж дышать-то так тяжело?

Иными словами, пока я беззастенчиво пялился на ее жопу, она молча сходила с ума от удушья, продолжая при этом работать, пока не свалилась без чувств. И все из-за какой-то дуры-уборщицы. А потом явился главспец, и этот ужас начался заново... Как она вообще осталась в живых, когда с одной стороны у нее был наполненный ядом вонючий реактор, с другой – грозящий репрессиями Галимзян, а на ней – только халатик, трусики и противогаз, в котором невозможно дышать?! С моей точки зрения ничего смешного тут не было вовсе, вспомнить только, какое у нее было лицо, когда я стянул с него маску. Краше в гроб кладут. А теперь вот, хохочет, как ни в чем не бывало. И даже зла на ту дуру-уборщицу не держит. Вот это девчонка! Просто супер.

- Знаешь, ты меня тогда здорово напугала!

- Да я сама испугалась, если честно. Вдруг такая слабость накатила, перед глазами круги черные пошли... Потом хлоп, лежу на полу, в ушах звенит, в глазах темно. Мамочка, думаю, где это я? И тут меня кто-то как шлепнет по попке!

Теперь уже настала очередь краснеть мне.

- Не обижайся, это я тебя так в чувство приводил. По щекам хлестать жалко было.

- А по заднице, значит, не жалко? – притворно надула губки Леночка, - Да ладно, все равно спасибо!

- На здоровье. Лена, один вопрос… Тебе не страшно здесь работать?

- Поначалу было немного, - призналась девушка, - А теперь привыкла. Зарплата хорошая, бесплатные путевки, пенсия в сорок пять…

- Ты что, серьезно рассчитываешь дожить здесь до пенсии?! – вырвалось у меня.

- Почему бы и нет? Другие-то работают. А у меня, между прочим, в школе пятерка по химии была.

- Ну и поступала бы в институт!

- Разве что заочно. У меня мама болеет…

И что же – теперь ты должна будешь всю жизнь добровольно возиться с химикалиями, дышать разной дрянью и падать в обмороки от удушья, чтобы в конечном итоге выйти на пенсию в сорок пять лет старухой-инвалидом, и тут же умереть от рака? Нет уж, моя девочка! Я заберу тебя отсюда, и чем скорее, тем лучше. Как насчет выйти за меня замуж? Да, даже о таких вещах мелькнула мысль… причем бредовой она мне ничуть не показалась.

Интересное